Книга Оборотень из Кривого леса, страница 1 – Антонина Штир

Тропинка, еле видимая в густой траве, сворачивала влево, в царство огромных, уходящих верхушками в небо сосен. Стояло знойное лето, самый конец июня – месяца сочных красных ягод. Поляны Кривого леса были усыпаны душистой земляникой, которую Ферран, правда, не ел – презирал эту мелкую ягоду. Все цвело и одуряюще пахло, так что хотелось заткнуть нос и не дышать. Да еще и эта изнуряющая жара, пришедшая совсем некстати и не вовремя.

Ферран больше любил осень – время умирания и отдыха, когда воздух прохладен и свеж и идут мелкие и холодные дожди, которые совсем его не раздражали. Дождь – это пролитые небом слезы по уходящему лету, так говорила его приемная мать.

Каждый раз, когда вспоминал ее, Ферран улыбался, – она любила его как сына и первая приняла его таким, какой он есть, десять лет назад – друзья из приюта не в счет. А ведь он был, по мнению многих, монстром, родившись от союза оборотницы и человека.

Мама Мэрит – так он ее называл – научила его контролировать зверя и помогла преодолеть природную застенчивость – когда-то Ферран почти не говорил, боялся произносить слова вслух. Даже настоящая мама, он был уверен, не сделала бы для него больше.

Теперь ему исполнилось двадцать лет, и два года назад он решил начать жить самостоятельно. А поскольку до сих предпочитал общению одиночество, пришел в Кривой лес, зная, что сюда редко забредают и люди, и нелюди. Лишь хищники – волки или медведи иногда беспокоили его, впрочем, не посягая на его территорию, а лишь кружа рядом с ней.

Жил Ферран в хижине в самой чаще Кривого леса. Когда-то здесь обитал местный егерь, но он покинул лес во время Войны магов, которая закончилась задолго до рождения оборотня. Лес тогда спас хрупкую планету, деревья приняли удар на себя и остались стоять покореженными, изогнутыми вкривь и вкось.

Потом выросли и обычные, но лес по привычке все равно называли кривым.

Ферран любил бродить по его почти заросшим с годами тропинкам. Здесь он чувствовал себя свободным и живым.

Сегодня он тоже прогуливался утром и теперь возвращался в свое убежище. Вот уже третий день что-то беспокоило его, хотя повода для этого вроде бы не было.

Какое-то смутное чувство тревоги холодило сердце, заставляло напрягать зрение и слух.

Но ничего необычного он не наблюдал.Неужели чутье стало его подводить?

Вдруг между деревьев мелькнулочто-то белое и пропало. Ферран насторожился и замер, прислушиваясь и принюхиваясь. Он учуял чужой запах – запах самки-волчицы.

Он обернулся зверем и побежал за ней, прячась за стволами деревьев, мягко ступая по сосновым иглам, которыми была усыпана земля. Волчица неслась не разбирая дороги, иногда оглядывалась назад и припускала еще быстрее.

Вскоре он нагнал ее и смог разглядеть. Белая пушистая шерсть, блестевшая на солнце, стать и грациозность и синие глаза василькового оттенка. Необычная внешность для оборотницы – а в том, что она оборотница, он нисколько не сомневался.

Но где же те, кто преследует ее? Несколько минут спустя до него донесся их запах. Люди, двое. Они бежали как могли быстро, но не могли состязаться в скорости с волчицей. Но скоро она устанет, и тогда все может измениться.

Волчица мчалась к хижине, в которой обитал Ферран. Надо увести людей отсюда, решил он, и, развернувшись, помчался обратно, руководствуясь нюхом. Они бежали с востока, тогда как Ферран прогуливался в западной части леса. Они были еще довольно далеко, но оборотень уже слышал их. Люди всегда производят столько шума. Еще несколько прыжков, и они выскочили из кустов в нескольких метрах от него.