Книга Спасти тридевятое, или Несмеяна для чуда-юда, страница 7 – Антонина Штир

— Благодарствую, бабушка, да не естся мне и не пьётся мне, — отвечает печально Несмеяна. — Не послушалась я Григория, за птенчиком наклонилася, из-за меня он, верно, исчез.

Баба Яга улыбнулася, подмигнула царевне да молвила:

— Не кручинься, девица красная, ничего с твоим чудо-юдой не сталося. У него своё испытание, как пройдёт его, так и явится. А тебе к нему ходу нет, ни помочь ему, ни посоветовать.

Села за стол Несмеяна, да всё равно сердцу неспокойно. Говорит она с бабой Ягою, а мысли все о Григории. Как он там с испытанием справляется, ладно ли, хорошо ли выходит?

Много ли времени прошло, мало ли, Несмеяна не приметила. Только раздался стук-постук, и дверь избушки скрипнула, скрипнула, отворилася. А на пороге чудо-юдо явился, живой и невредимый.

К добру молодцу царевну бросилась да в пяти шагах остановилась. Глядит на него — радуется, в сердце тепло разливается, ровно сидит Несмеяна на солнышке.

— Ох и где ты был, свет Григорий? А мы уж тебя заждалися! Проходи, садись да рассказывай.

— Здравствуй, здравствуй, бабушка, ох ты меня и запутала. Не пускала меня к Несмеянушке, уж думал, боле не свидимся. Коварна ты да хитра, Яга, а всё ж не держу зла на тебя.

Баба Яга токмо бровью повела — кочерга в воздух поднялася дак чуду-юду помчалася; едва он увернуться успел.

— Да полно тебе, бабушка, — испугалась Несмеяна. — Не думал он тебя обидеть, верно, тяжёлое вышло испытание.

Баба Яга поворчала-поворчала да и успокоилась. Гостя за стол посадила, рукой махнула — пироги пышные да румяные на столе появилися, духом малиновым от них повеяло.

— Угощайтеся, гости дорогие, хорошие. Особливо ты мне, Несмеяна, понравилась, добрая ты и услужливая. Ешьте, пейте, опосля и о деле поговорим.

Вот поужинали гости нечаянные, а баба Яга расспрашивать начала: что у гостей за беда приключилась и чего им от бабушки надобно. А, выслушав, призадумалась, лоб морщинистый нахмурила.

— Ох и трудную задачку вы мне задали. Счастие у всех ведь разное, потому волшебству неподвластное. Самому счастье сыскать надобно.

— Что ж нам делать, бабушка Ягушечка? — Несмеяна печально молвила. — Не развеселю Григория — не дожить до зимы тридевятому.

Долго молчала баба Яга, наконец будто что-то вспомнила.

— Есть на свете три вещи волшебны. Говорят, они дарят счастие. Самоцветный камень Горынычев, шкатулка хрустальная Кощеева да платок вышитый Василисы Премудрой. Берегутся они пуще глаза своего, и достать их будет тяжеленько. Готовы ли в путь отправиться тернистый да опасливый?

— Готовы! — молвил Григорий.

— Готовы! — поддакнула Несмеяна.

— Ну раз так, на рассвете и выйдете. Дам я вам клубок волшебный, он вас куда надо приведёт. А пока спать ложитесь: ты, чудо-юдо, на печке, спи, а ты, Несмеяна, на лавочке. Доброй ночи, гости дорогие!

Утром встали Несмеяна с Григорием, водой ключевой умылися, бабе Яге поклонилися.

— Спасибо тебе, бабушка, за помощь да за приют. Не ведаем, когда возвернемся, не поминай лихом.

Баба Яга рукой махнула, ничего не ответила. Токмо лицо рукавом утёрла да в избу зашла. А Несмеяна с Григорием клубок волшебный наземь бросили да за ниточкой побежали.

Бегут лесами дремучими, бегут полями широкими, долго ли, коротко ли, — мост впереди стоит над речкою широкою. А на том берегу — гора высокая, неприступная. Несмеяна из-под руки глянула, говорит чуду-юду тихонечко: