Книга Хозяйка фиалковой долины, страница 67 – Оксана Лаврентьева

Я мило ему улыбнулась и выплыла из гостиной с гордо поднятой головой, как и положено аристократке. Так что у меня язык не повернулсяпризнаться ему в том, что на самом деле я нищая ровейна.

Боже! Неужели нельзя было просто промолчать? Где я теперь возьму деньги?!

И тут у меня появилась мысль, от которой мое сердце мучительно сжалась…

Я вошла к себе в комнату и достала из потаенного места свое главное сокровище. Подарок от любимого мужчины — изящную фиалку, усыпанную драгоценными камнями.

Бастиан был тогда нежен со мной как никогда. И пускай он дарил мне брошь из-за корыстной цели, она напоминала мне о лучших днях моей жизни.

Но я готова поклясться, что в то время виконт и на самом деле испытывал ко мне трепетные чувства, ведь это отражалось в его глазах! В конце концов, мужчины не могут так притворяться!

Я с тоской посмотрела на дорогую мне вещицу. Прикинула в уме, сколько мне за неё даст скупщик, лавка которого стояла у входа на ярмарку, и старательно завернула её в свой дамский кружевной платочек. После чего отправилась разыскивать кучера, чтобы отдать ему распоряжение насчет завтрашней поездки на ярмарку…

На следующее утро у меня вновь возникли сложности: я вдруг поняла, что не могу отправиться в Алгард. Там же наверняка будет виконт Фоске, а мне очень не хотелось бы с ним встречаться.

Бастиан сразу догадается, что мое превращение в ровейну как-то связано с маркизой Дагтар, и что только благодаря ей я вновь стала аристократкой. Он все поймет и наверняка начнет меня презирать. Ведь для него я тогда стану стопроцентной Дагтар, одной из проклятого всеми рода!

Словно прочитав мои мысли, на выручку мне вновь пришел мой верный помощник Иан.

— Госпожа Элиза, не стоит из-за этого отказывать себе в удовольствии. Если хотите, чтобы на ярмарке вас никто не узнал — станьте на время другим человеком!

— Это как?!

— Оденьтесь ни как ровейна. Возьмите одежду у одной из ваших работниц, и все. А еще лучше, станьте на время крестьянкой. Они обычно повязывают на голову платок так, что поллица не видно… Тогда вас точно никто не узнает.

Его идея мне так понравилась, что я даже не стала раздумывать, сразу же побежала разыскивать подходящую мне одежду.

Слава богу, это оказалось совсем несложно, и через полчаса я уже довольная рассматривала свое отражение в зеркале.

Холщовая юбка, сорочка из грубой ткани и платок сделали свое дело. Теперь меня не узнают даже мои работники!

Я спрятала брошь за лиф своей нижней сорочки, с которой я не смогла расстаться даже на время, надела на руку несколько корзин и с решительным видом направилась к карете.

— Может, мне вас сопровождать? Хотя бы в качестве носильщика? — предлагает мне мой управляющий, не сводя с меня восхищенного взгляда.

— Иан, много вы видели крестьянок с помощниками?

— Вы правы, — сокрушается тот, и его расстроенный вид кажется мне очень забавным. — Просто я уже жалею, что предложил вам это. С крестьянками не особо-то церемонятся, и вас с легкостью могут там обидеть…

— Обидеть? Меня?! Вы, кажется, забыли, что я из рода Дагтаров. К тому же, когда я ходила в гувернантках, меня столько раз обижали, что я никому больше не позволю этого сделать.

Это не пустые слова, я и на самом деле была настроена решительно. К тому же, крестьянки могли позволить себе то, о чем ровейны не смели даже подумать. Я сама сколько раз слышала, как бойкие крестьянские девушки ставили на место какого-нибудь напыщенного ровейна. И им это сходило с рук.