Книга Не трожь мою ёлочку, дракон!, страница 105 – Саша Винтер

Я остаюсь одна посреди огромного зала. Огонь в камине почему-то потрескивает слишком громко. Я направляюсь к лестнице на гостевой уровень, и меня догоняет Эстель.

— Миледи, добрый день. Мне пригласить Миру или…

— Спасибо, Эстель, — отвечаю с трудом сдерживая грусть. — Я справлюсь сама.

Сейчас даже от слуг Аэриоса не хочется принимать помощь. Его мать одним махом показала мне, что я тут не по праву.

Я вхожу в свою спальню и встаю у окна. Снег падает медленно, мягко, ласково. Горы стоят, как вечные стражи. Я должна чувствовать победу. Мы разобрались с Сералиной. Сомбраэль больше не угроза. Дэриан приедет на свадьбу.

Но внутри появляется тонкая трещина. Леди Витерн не улыбнулась, не была рада меня видеть, не сказала, что принимает меня.

Что, если она прочила для сына другую? Более знатную. Более «подходящую». Не попаданку с южных земель.

Сердце сжимается.

Я пережила яд, ледяную воду, убийц. А самое страшное, оказывается, — мать ледяного дракона.

Я заставляю себя сделать вдох, выдох. Успокоиться.

Я не убегу. Не дрогну. Но если она не примет меня… женится ли на мне Аэриос, как мы хотели?

И во мне теперь вместо страха смерти страх быть недостаточно подходящей для любимого.

Аэриос

Я пропускаю маму в свой кабинет, открывая ей дверь. Она входит так, что воздух меняется, будто в комнату шагнуло само олицетворение дисциплины и безупречного воспитания. Она чёткой походкой доходит до кресла с обратной стороны стола, садится, направляет не меня прямой строгий взгляд.

— Ты рано приехала, мама, — говорю я ровно. — Я думал, ты всё ещё в Норвене.

Она медленно, одну за другой снимает перчатки. И только потом отвечает:

— Я узнала о сорванной свадьбе, — её голос сухой, но под ним слышится тревога. — И сразу поняла, раз мой сын не смог довести ритуал до конца, значит, произошло что-то действительно серьёзное.

Она смотрит на меня, и я вижу в её глазах не холод, а искреннее беспокойство.

— Ты сорвалась из Норвена ради меня? — спрашиваю я чуть мягче.

— Я плыла три недели, Аэриос, — кивает она. — И только сегодня, поднявшись на Кайр, по эхо-камню услышала, что лорд Даркстоун арестован. Благодаря… твоей будущей жене.

На последних словах она смягчает голос и поднимает угол губ. Я моргаю. Это прозвучало почти как признание достоинства.

— Мне доложили, что ты создал истинную связь до того, как собрался жениться, и я собиралась поздравить тебя с этим, но… — она делает небольшой, почти кокетливый вдох, — я должна была убедиться, что твоя избранница действительно достойна тебя.

Вот это уже звучит как признание того, что она намеренно держала ледяную маску при встрече. Я сжимаю челюсть, и она замечает. Мама вообще очень внимательная женщина, иная бы не стала послом Кайра в Норвене, не будучи драконом.

— Не злись, Аэриос… — начинает она, но я перебиваю.

— Мама… — медленно выдыхаю, закрыв глаза, внутри клубится злость, но матери её показывать нельзя. — Ты понимаешь, что могла сильно ранить Валери? Она же решит, что ты её не приняла.

Мама хитро улыбается.

— Мальчик мой, если бы её смогла ранить одна моя холодность, — говорит она с беззлобной усмешкой, — она бы не выдержала и месяца жизни с наследником ледяного дракона.

— Мама… — я качаю головой, не пуская в голос рык.

Мне уже сейчас хочется найти Валери и раскрыть правду о жестокой проверке.