Книга Ледяное проклятье, или Как растопить сердце дракона, страница 73 – Анна Сиротина

Дорога домой заняла на такси всего двадцать минут. Я даже удивилась, как лихо мы миновали все пробки. Квартира встретила запахом чистоты, хотя за три недели везде должен был лежать внушительный слой пыли.

Разгадка ждала на кухне. На столе стояло блюдо с пирожками, накрытое пластиковой крышкой, а рядом лежала записка.

«Ава, я очень хотела сама тебя встретить, но сегодня пара у грымзы, а её пропускать нельзя. И ты не говорила во сколько тебя выпишут. Пирожки с рыбой, твои любимые, купила в столовке, можешь смело есть. В холодильнике суп, варила не я, а тётя Женя. Так что он тоже съедобный. Я следила за твоей квартирой, ни один кактус не пострадал. С нетерпением жду тебя в универе. Даша.»

Вот же засранка, даже словом не обмолвилась, что убиралась у меня и ждала. Но на душе стало так приятно. Дашка самыйблизкий мне человек. Так получилось, что нас сблизило общее сиротство.

Её родители погибли при пожаре в отеле, когда привезли её на соревнования по фигурному катанию. Сама Даша чудом выжила, не получив никаких ожогов. Но ей повредили колено, когда доставали из-под завалов.

Она долго лежала в больнице, её лишили медали за обнаруженный допинг. Но анализы брали уже после того, как её выписали. Только никого это не волновало.

Её тренер не оставила любимую ученицу. Оформила опекунство, собрала деньги на лечение, нашла лучших специалистов. Благодаря ей, она получила шанс ходить и снова встала на лёд. Но уже просто как любитель.

Даше предлагали учится в институте физкультуры, чтобы стать тренером, но она поступила на юридический. Её мечта — стать спортивным адвокатом, чтобы отстаивать честное имя спортсменов и их награды в судах.

Мои раздумья нарушило треньканье телефона. Звонили из учебной части, спросили, как здоровье, сказали, что мне продлили возможность сдать зачеты и экзамены из-за обстоятельств. Но настоятельно рекомендуют как можно скорее вернуться к учебе.

Я взяла пирожок и только надкусила, как в дверь постучали. На пороге стояла соседка и протягивала мне конверт. Оказалось это письмо из суда. Охранник, который обвинял меня в нанесении побоев, признался.Сказал, что сам оступился, так как был пьян. С меня сняли все обвинения.

Жизнь налаживалась.

Вот только…

Никак не могла понять… Что не так?

Быстро перекусив, я взглянула на часы и поняла, что если выйду прямо сейчас, ещё успею на пары. Не на все, но это лучше, чем ничего.

Дорога до института казалась странно долгой и какой-то чужой, будто я не ходила по ней сотни раз. Внутри ощущалась странная пустота, тонкая, как невидимый шрам.

Но ритм жизни затягивал: шум машин, запах кофе от проходящих студентов, смех, перемешанный с весенним игривым ветром.

Я вошла в центральный холл.

— Авроооора! — раздалось сбоку, прежде чем меня чуть не сбили с ног крепкие обнимашки. — Я так волновалась. Дай на тебя посмотреть. В больницу к тебе не пускали. Эти овчарки на входе твердили, что у них регламент и «только родственниками». Если бы не твой врач… — её щеки налились румянцем. — Он такой приятный мужчина. Каждый день рассказывал о твоём самочувствии.

— Привет, Дашуль… — протянула я, пытаясь удержать равновесие. — С такими пробивными способностями ты и дракона завалишь.

— А-ха-ха, готова и дракона завалить, главное, чтобы оказался мужиком, — фыркнула она, отцепляясь. — А то у нас в академии с этим беда.