Книга Бесценная, страница 12 – Ольга Ярошинская

Она искала свое предназначение, заявив, что это необходимо каждому человеку. То рвалась помогать Кларе, которая проявляла несвойственное ей терпение, то устроила в башне уборку, разобрав хлам, копившийся там веками, то, сверкая синью очей, требовала отвезти ее в храм солнца, отказываясь верить, что такого вообще нет.

Кажется, Лита решила, что Корвин похитил ее из каких-то личных низменных побуждений, и он бы соврал, если бы сказал, что вовсе их не испытывает. Но если в его жизни и было предназначение, то Корвин его исполнил. Нельзя даже представить, чтобы эту нежную девушку отдали на корм червяку, пусть тот хоть бриллиантами гадит.

– А как ты попал во дворец? – спросила Лита однажды.

– Я покажу, – кивнул Корвин.

Его слегка удивило, что она с легкостью выполнила его просьбу – не ходить в подвал, и сейчас он отвел ее туда сам. Остановился перед тяжелой массивной дверью, изрезанной рунами, из-за которой струился неясный свет.

– Какая древность, – шепотом восхитилась Лита, кончиками пальцев касаясь густой резьбы. – Это лигорский…

Она знала шесть языков, играла на пяти музыкальных инструментах, но когда Белла выкопала во дворе ямку и, задрав хвост, сделала свои кошачьи дела, покраснела от неловкости.

– Она старше чем башня, – сказал Корвин, невольно понизив голос. – Мне иногда кажется, что ее стенывозвели вокруг двери.

– Куда она ведет? – с любопытством спросила Лита, обхватив тонкими пальчиками круглую дверную ручку, и Корвин быстро положил ладонь поверх ее руки.

– Куда захочешь, – сказал он. – Надо лишь пожелать. Но лишь в одну сторону.

К нему иногда заглядывали разного рода дельцы и люди, предпочитающие прятать лица под капюшонами плащей. Золото открывало им двери, за которыми они исчезали. Некоторые появлялись вновь.

– Значит, так ты попал во дворец, – сообразила Лита. – Захотелось посмотреть на его невыразимую красоту. Это было очень неосмотрительно, Корвин.

Тут он с ней был согласен – крайне неосмотрительно. А невыразимая красота теперь жила в его доме.

Литу искали. Вороны слетались к башне, принося ему вести и сверкающие безделушки. Они складывали подношения крылатому в каменную чашу на крыше, тревожно каркали, расправляя сизые крылья.

Корвин, приняв облик птицы, взлетел к первым звездам, засверкавшим на небе, и сам увидел – королевские отряды, ползущие по лентам дорог, глашатаев, орущих на каждом углу о награде за поимку златовласой девы, и гору, в которой огромный змей поджидал свою жертву. После ритуала у горы обычно наблюдалось оживление, сейчас там только удвоили охрану.

Значит, жертву еще не принесли. Надеются вернуть бесценную дочь?

Спустившись на крышу башни, он сложил черные крылья. Возвращение в человеческий облик ощущалось как прыжок в полынью. От холода оставшиеся перья взъерошились, кожа покрылась гусиными цыпками, и Корвин, натянув штаны, сбежал по ступеням, предвкушая горячую ванну.

С Литой он столкнулся на лестнице. Девушка сперва отпрянула, извинившись, стыдливо отвела глаза.

– Прости за неподобающий облик, – сказал Корвин.

Дурацкое слово «неподобающе» звучало в его доме слишком часто и вот, прилипло.

– Ты летал? – спросила Лита, подняв на него глаза.

– Ага, – кивнул он, и в горле вдруг пересохло.

Она обычно шарахалась от него и держалась настороже, а тут стояла рядом и рассматривала его с детским любопытством.