Онлайн книга «Наказание для вора»
|
— Ликаны являются практически неуязвимыми созданиями, однако, как и у всех бессмертных рас, у них есть свои, скажем так, ограничения. У эльфов, как я вам рассказывал на прошлых занятиях, крайне низкая рождаемость. Та же особенность присуща нимфам. Драконы не могут обращаться до своего пятидесятилетия, и процесс превращения не у всех заканчивается успешно. К тому же, у драконов разбавляется кровь в результате межрасовых связей. Если полукровки эльфов и нимф обладают всеми признаками, присущими их бессмертному родителю, и лишь квартероны имеют отличия, то у драконов разбавленная только единожды кровь понижает шансы на успешное превращение и даже на саму его возможность. Но это драконы,у ликанов же, как и у оборотней, не бывает полукровок: их ребенок либо ликан, либо нет. Редкие исключения случаются при скрещивании крови представителей двух бессмертных рас. Дель едва заметно вздрогнул, а Лен едва подавил в себе желание метнуть в профессора расоведения учебник. — Но это исключение. Что касается ограничений, то у ликанов оно одно — они не имеют возможности превращаться, пока не совершат убийство. Лишь пролитая кровь, фигурально выражаясь, выпускает на свободу звериную сущность… — Это было в вышей степени непрофессионально с его стороны, я так считаю. Он не должен был идти на поводу у этих дур, — заявила подошедшая к ним после лекции Мила. Лен тут же взвился, хотя полностью был согласен с эльфийкой: — Интересно, ты знакома с таким понятием, как «не твое дело»? — Забыла тебя спросить, — рыкнула рассерженная Мила и, резко сделав выпад и дернув на себя Лена, коротко поцеловала его, прикусив зубами нижнюю губу, после чего оттолкнула от себя. Лис упал обратно на стул и принялся демонстративно отплевываться, стеная: — Проклятье! Как же мучительно больно! Словно отрава! Реб, беги за Соней! Друзья едва сдерживали улыбки, даже уголки губ Милы слегка дрогнули, а серые глаза Деля сменили выражение с убийственной обреченности на искры робкого веселья. — Не притворяйся, рыжий, зараза к заразе не пристает! — и помотала его по медной макушке. Правда, не рассчитала силу или так совпало, что Лен тоже дернулся, но результат был один — с тихим хрустом она впечатала лиса в стол. Вот теперь стенания стали настоящими. Прижимая руку к кровоточащему носу, Лен завопил сквозь алые ручейки: — Ты излеваешься, остлоухая? Сколько молно меня калечить? Тут уже не выдержали все, и Лену осталось лишь демонстративно встать и приняться собирать вещи, всем своим видом показывая веселящимся друзьям, что он обиделся. Впрочем, лис и сам долго не выдержал и засмеялся, насколько может смеяться нелюдь со сломанным носом. Впервые за всю неделю напряжение ненадолго покинуло их компанию. И даже когда смех прекратился, а Мила подошла к Лену и, подхватив под локоть, уверенно заявила: «Пойдем, отведу тебя в лазарет. Буду искуплять грехи перед тобой», — улыбка не покинула лицо лиса. Он лишь, нахально повиснув на руке у эльфийке, отчего та пошатнулась,нагло прогундосил: — Тащи. По дологе молешь подлобно лассказать, как ты булешь искуплять пеледо мной глехи, — и тут же получил щелчок пальцами по больному носу, отчего взвыл и больше не приставал к Миле. * * * — То есть как — увольняешь? — Лен, по причине характера, из-за которого он стремился все всегда контролировать, редко бывал в такомнедоумении. |