Книга Кухарка для лорда, или Магия поместья Эверли, страница 95 – Глория Эймс

Пауза затягивается.

— Это… на завтра? — его взгляд останавливается на слегоринах в миске.

— Да, замочу в минеральной воде для мягкости, — киваю я, стараясь не выдать волнения.

Хочется, чтобы он остался, чтобы задал еще какой-нибудь вопрос, но он лишь окидывает взглядом расставленные на столе ингредиенты и, не проронив больше ни слова, покидает кухню.

Мистер Беркли наблюдает за этой короткой сценой с пониманием и еле заметной тенью грусти в глазах.

— Позвольте мне, — предлагает он, беря в руки большой кувшин с минеральной водой из источника.

Его галантность неизменна, но я чувствую, как между нами снова возникает та невидимая стена, которую мы едва успели разрушить. Что же, оно и к лучшему.

Окидываю взглядом кухню, чтобы проверить, все ли готово для завтрашнего дня. Слегорины плавают в минеральной воде. Тычинки реймского лютика рассыпаны по пергаменту, словно розовые искры. Мука особого помола ждет своего часа в глиняном горшке, а яйца, собранные сегодня утром, поблескивают глянцем в плетеной корзине. Все готово для нового кулинарного эксперимента, который, я надеюсь, покорит сердце лорда Эверли.

Завтрашний день обещает быть особенным. Запеканка со слегоринами и тычинками лютика – это не просто блюдо, это послание, попытка растопить лед в его сердце.

Готова ли я к тому, что ему не понравится запеканка? Наверное, нет. Но я должна быть сильной и принять любой его ответ.

Мистер Беркли по-прежнему рядом,словно верный рыцарь, готовый служить мне верой и правдой. Его забота и внимание трогательны, но сейчас я отчетливо понимаю, что не могу ответить ему взаимностью.

Мое сердце принадлежит другому, человеку, погруженному в свои мрачные думы, человеку, которого я мечтаю увидеть счастливым.

Помощницы тихо переговариваются, убирая со стола. Их взгляды, полные понимания и сочувствия, греют душу. Они стали для меня настоящей семьей здесь, в этом странном и прекрасном мире. Я благодарна им за поддержку и за то, что они просто рядом.

Но всю идиллию нарушает появление грозной мисс Финч.

Она уже выглядит выздоровевшей, но лицо ее выражает крайнюю степень негодования.

— Так и знала, что застану здесь вас обоих, — обращается она к нам с мистером Беркли. — У нас назрел серьезный разговор!

Мисс Финч расправляет плечи, словно собираясь в бой.

— Мистер Беркли, я поражена вашей безответственностью! Вы — учитель, наставник, а позволяете двойняшкам творить что им вздумается! Их поведение становится невыносимым, они срывают уроки, носятся по всему поместью, и все это с вашего молчаливого согласия! Я думала, вы обладаете большим авторитетом!

В первую минуту мистер Беркли даже не находится что ей ответить. Пользуясь замешательством, мисс Финч обращает гневный взор на меня:

— Мисс Анна, а вы что себе позволяете? Вы — кухарка, всего лишь кухарка! Ваше дело — готовить еду, а не вмешиваться в воспитание наследников лорда Эверли!

— Но я подменяла вас, пока вы… — робко возражаю, но мисс Финч поднимает вверх указательный палец:

— Кто вам дал право поучать их или делать замечания? Вы здесь никто! И не забывайте, что вы — попаданка, чужачка, совершенно незнакомая с нашими обычаями и традициями. Неужели вы считаете, что лучше нас знаете, как воспитывать детей?

Чувствую, как кровь прилила к лицу.