Книга Развод. Пусть горят мосты, страница 30 – Стася Бестужева

— Он не сказал вам о своей любовнице? — спрашиваю прямо.

Пауза. Потом раздражённый вздох.

— Елена, не надо выдумывать сказки. Павел — порядочный человек, хороший муж и отец. Если в вашем браке проблемы, ищи причины в себе.

— В себе, — повторяю я. — Конечно.

— Я звоню, потому что беспокоюсь о внуках, — продолжает он. — Дети не должны страдать из-за твоих... особенностей характера.

Особенности характера. Так теперь называют нежелание мириться с изменой мужа.

— Сергей Петрович, дети знают правду. Они знают о той женщине, с которой Павел...

— Хватит! — кричит он в трубку. — Хватит отравлять детей своим ядом! Мария Ивановна права — тебя избаловали в этой семье. Дали слишком много свободы.

Мария Ивановна. Свекровь, которая с первого дня нашего знакомства не скрывала, что я не подхожу её драгоценному сыну. Слишком самостоятельная, слишком амбициозная, слишком всё.

— Я предупреждаю тебя, Елена, —голос свёкра становится угрожающим. — Если ты продолжишь это безумие, если попытаешься разрушить репутацию Павла или отобрать у него детей, мы вмешаемся. У нас есть связи, возможности. Не заставляй нас использовать их против тебя.

Связи. Возможности. Деньги и влияние, которые Павел унаследовал вместе с бизнесом. То, чего у меня никогда не было и не будет.

— Понятно, — говорю я тихо.

— Вот и хорошо. Надеюсь, ты образумишься. Ради детей.

Он сбрасывает, и я остаюсь с трубкой в руках, осознавая масштаб того, что меня ждёт. Это не просто развод с неверным мужем. Это война с целым кланом, у которого есть всё — деньги, связи, влияние. А у меня есть только правда, которой в нашем мире часто недостаточно.

Телефон снова звонит. Мария Ивановна. Свекровь.

— Елена, — её голос ещё холоднее, чем у мужа. — Мы должны поговорить.

— Слушаю, — отвечаю, приготовившись к новой порции обвинений.

— Завтра подашь заявление на развод по взаимному согласию. Откажешься от претензий на имущество. Согласишься на минимальные алименты. Павел оставляет тебе этот дом и ежемесячное содержание.

— А если я откажусь?

— Не откажешься, — в её голосе звучит уверенность. — Потому что в ином случае ты потеряешь всё. Включая детей.

Сердце останавливается.

— Что вы имеете в виду?

— У нас есть свидетели твоей неадекватности. Коллеги, которые подтвердят твою нервозность на работе. Соседи, которые слышали крики из вашего дома. Психиатр, который поставит диагноз на основании этих показаний.

— Это ложь...

— А кто поверит? Тебе — истеричной жене, потерявшей рассудок от ревности? Или Павлу — успешному бизнесмену, образцовому отцу, который вынужден защищать детей от неуравновешенной матери?

Мир рушится окончательно. Они готовы отобрать у меня детей. Мою Нику, моего Даниила. Обвинить меня в психической неадекватности за то, что я не хочу мириться с изменой мужа.

— Подумай до завтра, Елена, — продолжает свекровь. — Один телефонный звонок — и к тебе приедет комиссия из опеки. А ты знаешь, как легко доказать, что мать-одиночка не справляется с детьми...

Она сбрасывает, оставляя меня в полной тишине дома, который больше не кажется моим. Дома, который завтра может стать единственным, что мне останется.

Смотрю на часы — время забирать детей из школы. Нужно держаться, улыбаться, делать вид, что всё в порядке.

* * *

Звук ключей в замке заставляет меня вздрогнуть. Пятница, половина седьмого вечера. Дети делают домашние задания наверху, а я сижу в гостиной с чашкой остывшего чая, пытаясь собрать осколки реальности после вчерашней встречи с адвокатом. Анна Громова открыла мне глаза на то, в каком катастрофическом положении я оказалась финансово.