Книга Развод. Пусть горят мосты, страница 106 – Стася Бестужева

— А я тем временем поговорю с людьми в больнице, — добавляет Максим. — Объясню ситуацию, попрошу поддержки. Многие из нас прошли через развод, понимают, что это такое.

План простой, но реальный. И впервые за долгое время у меня появляется ощущение, что я не просто дрейфую по течению, а могу активно влиять на ситуацию.

— Спасибо, — говорю я, глядя на двух самыхважных людей в моей нынешней жизни. — Без вас я бы сломалась окончательно.

— Семья — это не только кровь, — отвечает мама мудро. — Семья — это те, кто рядом, когда трудно.

Максим кивает, соглашаясь:

— И эта семья не даст тебя в обиду. Ни Павлу, ни системе, ни собственному отчаянию.

Вечером, после его ухода, сижу с мамой на кухне, пьем чай с печеньем, которое он принес. Говорим о детстве, о счастливых моментах, о планах на будущее. Постепенно ощущение безнадежности отступает, уступая место чему-то более сильному — решимости.

— Мам, — говорю я перед сном, — а что если я не справлюсь? Что если Павел все-таки окажется сильнее?

— Тогда мы будем бороться дальше, — отвечает она просто. — До последнего. Потому что материнская любовь сильнее любых манипуляций. А правда рано или поздно всплывает наружу.

Ложусь спать в детской комнате, где прошли мои школьные годы. Здесь все осталось как раньше — книги на полках, фотографии на стенах, старый плед, который мама вязала, когда я училась в институте. Кажется, будто время повернуло вспять, и я снова маленькая девочка, которую мама может защитить от всех бед.

Но я больше не маленькая девочка. Я мать, которая должна защитить своих детей. И завтра начинается новый этап битвы — не оборонительный, а наступательный. Пора показать Павлу, что война еще не окончена.

Сижу в приёмной известного психиатра, доктора Андрея Владимировича Светлова. Как и советовала мама, я надела свой лучший костюм — тёмно-синий, строгий, но элегантный. Волосы уложены в аккуратную причёску, минимум макияжа. Профессиональный образ — именно то, что мне сейчас нужно.

Приёмная дорогой частной клиники пахнет кофе и какими-то изысканными духами. Секретарша периодически бросает на меня внимательные взгляды, но вежливо молчит. Интересно, что ей сказали обо мне? Что я очередная богатая дама с нервным срывом или что меня подозревают в психическом расстройстве?

Телефон вибрирует в сумке. Сообщение от Сергея Леонидовича: "Документы подготовлены. Иск готов к подаче. Держитесь, мы на правильном пути."

Странное ощущение — вся моя жизнь теперь сосредоточена в юридических терминах. Иски, встречные требования, ходатайства, заявления... А за всем этим — мои дети, которых я не видела уже неделю.

— Елена Викторовна? — секретарша поднимает глаза от компьютера. — Доктор Светлов готов вас принять.

Встаю, расправляю плечи. Сейчас каждый жест, каждое слово имеет значение. Я должна выглядеть и вести себя как абсолютно уравновешенный, психически здоровый человек. Не дать ни единого повода усомниться в моей адекватности.

Кабинет доктора Светлова строг и функционален. Никаких показных диванов для "пациентов на грани". Простой стол, два удобных кресла напротив друг друга, несколько дипломов на стене. Сам доктор — мужчина лет пятидесяти, с внимательными глазами и спокойным лицом.

— Присаживайтесь, Елена Викторовна, — говорит он, указывая на кресло. — Максим Игоревич рассказал мне о вашей... непростой ситуации.