Книга История любви леди Элизабет, страница 161 – Джудит Макнот

– Сколько ему осталось?

Врач поднял руки ладонями вверх:

– Кто может сказать? Неделя, месяц, – проговорил он, – год, может быть, больше. Сердце у него слабое, но сильная воля, и сейчас сильнее, чем когда-либо, – продолжал врач, надевая легкий плащ, который Ормсли набросил ему на плечи.

– Что вы имеете в виду «сейчас сильнее, чем когда-либо»?

Врач удивленно улыбнулся:

– Ясно же, я хотел сказать, что ваш приезд значил так много для него, милорд. Он удивительно повлиял на здоровье лорда. О, нет, не удивительно, а чудодейственно. Мне следовало сказать именно чудодейственно Обычно когда он болен, то ругает меня. Сегодня герцог почти обнимал меня, торопясь рассказать, что вы здесь и почему. И даже мне приказал «взглянуть на вас», – продолжал он доверительным тоном старого друга семьи, – хотя я не должен был говоритьвам об этом. – Улыбаясь, добавил: – Он думает, что вы красивый дьявол.

Ян отказался проявить какие-либо чувства в ответ на эту удивительную информацию.

– До свидания, милорд, – сказал врач. Повернувшись к обеспокоенным сестрам герцога, которые стояли в холле, приподнял шляпу. – Леди, – произнес он и уехал.

– Я только схожу наверх и посмотрю на него, – сказала Гортензия. Повернувшись к Чэрити, строго предупредила: – Не слишком надоедай Яну своей болтовней. – Она уже поднималась по лестнице. И странным зловещим голосом добавила: – И невмешивайся.

В течение следующего часа Ян ходил по комнате, а Чэрити с большим интересом наблюдала за ним. Единственное, чего ему не хватало, было время, и именно время он терял. При таких темпах Элизабет родит своего первого ребенка к тому времени, когда он доберется до Лондона. А перед тем, как пойти к ее дяде со своим предложением, ему предстоит неприятная задача отказаться от брачных переговоров с отцом Кристины.

– Ты ведь не собираешься уехать сегодня, правда, мой дорогой мальчик? – неожиданно тоненьким голоском спросила Чэрити.

Подавляя раздраженный вздох, Ян поклонился:

– Боюсь, я должен, мэм.

– Ты разобьешь ему сердце.

Сдерживаясь, чтобы не сказать старой даме, что он сомневается, есть ли у герцогасердце, которое можно разбить, Ян резко произнес:

– Он выживет.

После этих слов Чэрити посмотрела на него так пристально, что Ян начал сомневаться, или она помешанная или пытается прочитать его мысли. Помешанная, решил он, когда старая дама неожиданно встала и настойчиво потребовала, чтобы Ян посмотрел на каких-то павлинов, которых нарисовал его отец, когда был ребенком.

– В другой раз, может быть, – уклонился Ян.

– А я думаю, – сказала она, смешно по-птичьи наклоняя вбок голову, – это должно быть сейчас.

Ян, посылая ее в душе к черту, начал отказываться, а затем передумал и уступил. Может быть, время пройдет быстрее. Она провела его через холл в комнату, которая, казалось, была личным кабинетом его деда. Войдя, старая леди в раздумье приложила палец к губам.

– Гдеже этот рисунок? – вслух подумала она с невинным и смущенным видом. – О, да, – повеселела Чэрити, – я вспомнила. – Подойдя к столу, она поискала под ящиком какой-то скрытый замок. – Ты будешь в восторге, я знаю. Ну, а где же может быть замок? – продолжала с тем же рассеянным видом смущенной болтливой старой дамы. – Вот он! – воскликнула она, и ящик с левой стороны выдвинулся. – Ты найдешь его вот здесь, – сказала Чэрити, указывая на большой выдвинутый ящик стола. – Поройся в этих бумагах и, я уверена, увидишь его.