Онлайн книга «Первые снежинки»
|
И снова кожу неприятно холодит от жалостливого взгляда Инны. Словно я беспризорная собачонка, которую выбросили на улицу, потому что она не соответствует ожиданиям. Не ощущаю прохлады дверной ручки и долго сжимаю ее пальцами прежде, чем скрыться в темном подъезде. Бросаю взгляд на пустой лифт и выбираю путь подольше — лестницу. Иду, роняя слезы на каждом шагу, вспоминая, как мы с Антоном сбегали из дома. Сердце работает на разрыв, обливаясь кровью, как я соленой влагой. Нос перестает дышать. Слизистая отекает. Сиплю, как побитое животное, и останавливаюсь на площадке нашего этажа. Из квартиры, в которой живет Антон, выходит женщина. Она тяжело вздыхает и бьет ладонями по карманам. Я бы могла подумать, что это его мать, но выглядит старше. С гулом в голове прохожу к двери нашей квартиры и борюсь с застежкой на клатче. Пальцы не слушаются. Окоченели от холода. — Вы случаем не знаете, куда делся ваш сосед? — поворачиваюсь к женщине и не моргаю, пока она внимательно осматривает меня. На вид ей лет пятьдесят. Больше смахивает на его бабушку, но… — Что-то случилось? — хриплю, сгорая от стыда за свой голос. Женщина хмыкает. — Как сказать, — разводит руки в стороны, — оставил в квартире вещи, а ключи отдал и квартплату тоже… — Квартплату? — колени становятся ватными, и в глазах темнеет, когда последние детали складываются вединую картинку. — Да-а-а. Странная молодежь пошла. То убегают и про деньги забывают, а тут за аренду СТОЛЬКО отдал и вещи забирать не захотел… Женщина уходит, не получив от меня внятного ответа. Я ошарашена реальностью. В замедленном темпе двигаюсь вперед. Оказываясь в квартире, не сразу понимаю, что укрыта от посторонних глаз. Кажется, что весь ужас, испытанный в галерее, превращается в яд, расщепляется на молекулы и поражает размякшие ткани, окончательно добивает меня. Ноги практически не чувствую и, не разуваясь, иду к себе в комнату, чтобы сделать свое укрытие более надежным, хотя… Чертова защита, которую я так старательно вокруг себя создаю, ничего не стоит! Мне хочется выть от боли, которая обосновалась в груди. Она беспощадно пускает там корни, обливая кровью все органы, как токсичными сиропом. Я издаю странные стоны-всхлипы, обнимая себя руками, но не могу сдержать их внутри. Они бесконтрольно вырываются наружу. Искрами разлетаются по пространству вокруг меня, как чертов салют ударяют! И я замираю посреди комнаты, не включая свет, плачу так, как никогда не плакала. Я не хочу верить в то, что Антон мог со мной так поступить, но все факты указывают на его предательство. Маршал всегда знал, что я дочь любовницы его отца, и связался со мной только из-за мести… Я громко взвываю, понимая, что все слова и поступки были продуманными, купленными, фальшивыми насквозь. Если бы я была внимательнее и послушала Инну, то не оказалась бы опозоренной. Мне плевать на людей, которые пришли к Жанне на выставку. Я убита одним человеком. Антоном. Тем, кому я доверилась. И сейчас разваливаюсь на куски, крутя головой, словно механическая кукла. Не верю! Боже! Я не верю, что он так со мной поступил… Облизываю соленые губы и пытаюсь погасить истерику, которой меня сильно накрывает. Смотрю на телефон, вибрирующий на столе, и не шевелюсь. Кажется, нейронные связи в организме разорваны и не подлежат восстановлению. Я пребываю в потерянном состоянии, пока в комнату не залетает Жанна. Ее появление в один миг выводит меня из оцепенения и заставляет занять оборонительную позицию. |