Книга Первые снежинки, страница 34 – Иоланта Палла

— Ничего, Тох, — усмехается Лабуков, — играем, как и ты.

— Отошел от нее, — Антон сбрасывает рюкзак и идет ко мне. Парни потихоньку отходят, но Кирилл тискает меня.

— Или что? Ударишь друга? Из-за нее?

— Кир, отойди. Повторять не буду, — еще пара шагов, и я чувствую аромат парфюма вместе с еле уловимым запахом сигарет. Почему-то эта смесь действует, как успокоительное. Я без отрыва смотрю на Антона и снова дергаюсь в руках Лабукова.

— А я посмотрю, что ты сделаешь ради нашей общей няши, — девчонки, стоящие неподалеку взвизгивают, потому что Маршал одним движением отталкивает меня в сторону, а вторым бьет Кирилла по лицу. Тот практически падает на пол, прикрывая нос ладонью. Матерится и улыбается, сплевывая кровь. Я стою, как вкопанная, глядя на схватку парней. Антон явно проворнее Кирилла и за несколько секунд укладывает того на лопатки. Бьет без перерыва, и меня накрывает паника.

— Растащите их! Почему вы стоите?! — обращаюсь к одноклассникам, но они лишь скалятся.

— Ты виновата. Ты и растаскивай.

Очередной приступ идиотского смеха действует, как триггер. Роняю рюкзак на пол и подбегаю к Антону. Вот только он не слышит моих криков. Ребята вокруг встают плотным кольцом. Кто-то снимает на телефон происходящее, а я прихожу в настоящий ужас от увиденного. Маршал с такой жестокостью наносит удары, что я покрываюсь коркой страха, стоит ему прекратить и посмотреть на меня.

— Козел… — стонет на полу Лабуков, когда Антон поднимается и хватает меня за руку.

— Ты… Ты… — только и выдавливаю из себя, пока Маршал хватает наши рюкзаки по дороге. — Куда ты меня ведешь?

— Хочешь, чтобы они продолжили? — рычит, не поворачиваясь. Каждый шаг отдает вибрацией в теле. Я успеваю несколько раз обернуться, чтобы посмотреть, как там Лабуков, но ничего не вижу из-за одноклассников, которые столпились около него.

Антон сильно сжимает мою кисть и выводит на улицу, отталкивая к перилам у входа. Нависает и блокируетлюбые действия руками по обе стороны от меня.

— Что они сделали?

— Ты сам видел, — хочу отвести взгляд в сторону, потому что меня прошибает нервная дрожь от того, что я вижу в глазах Антона, но он стискивает пальцами мой подбородок и вынуждает установить с ним зрительный контакт.

— Прости, Лиз, — вдруг произносит, шумно выдыхая, — это из-за меня.

— Ты не в ответе за чужие поступки, — слова даются с трудом, но ведь не Антон надо мной издевался, а Кирилл. Причем с самого первого дня в гимназии.

— Лиз… — кривится Маршал, и как раз в этот момент из здания выходит разгневанная Олеся Викторовна.

— Маршал! — взвизгивает неестественно. — К директору!

— Ты сегодня очень задумчивая. В гимназии все хорошо? Тебя никто не обижает? — Жанна впивается в меня цепким взглядом, пока я ковыряюсь в тарелке с едой. Аппетита нет, но желудок урчит, показывая запредельную шкалу голода.

— Нормально.

Если так можно назвать драку между Кириллом и Антоном. У меня от воспоминаний начинает кружиться голова, и хочется закрыться в комнате, чтобы никого не видеть и не слышать, но сердце навязчиво стучит от имени Антон. С ним мы так и не увиделись. Олеся Викторовна отвела Маршала к директору, а меня отправила домой, не спросив о том, что случилось в коридоре.

— Если ты хочешь уйти, то я займусь поиском школы. Только скажи, — напирает Жанна Павловна.