Книга Only you, страница 7 – Иоланта Палла

— Не видишь, я занят. Отвали!

Парень явно хочет вернуться к тому, что вытворял со мной, но охранник его снова одергивает.

— Баринов, у нас камеры стоят. Не отвертишься.

Парень кривится и усмехается, не отрывая от меня взгляда, а после и вовсе вынуждает меня ахнуть. Он разворачивается и бьет по лицу мужчину. Я на автомате руку прижимаю ко рту. Сердце еще шальнее стучать принимается. Никогда не оказывалась в такой ситуации и не знала, что должна делать. Да, я попросту растерялась, наблюдая за тем, как этот Баринов улыбается. Охранник, не ожидавший удара, на пол падает, но медленно поднимается, потирая челюсть. Вид у него разъяренный. Вот только наглеца ничуть не смущает то, что вокруг люди. Все уставились на него, а тот подошел к столу, за которым сидела парочка, запрыгнул на него, схватил бутылку ипобедоносно рассмеялся.

— Веселимся, ребята! Чего замерли?!

Он обводит зевак взглядом и останавливается на мне. Салютует и делает глоток из бутылки, после чего я к стене буквально прилипаю, ведь он кидает ее в меня…

— Комната небольшая, но самая уютная. — Теть Соня указывает на предметы мебели в помещении, включив настольную лампу, а я скромно стою у порога, откидывая мысли о произошедшем. — Время уже позднее. Ложись-ка поспи. Утром поговорим.

Она идет к выходу и с тяжелым вздохом треплет меня за щеку. Я на автомате прижимаю руку к другой, на которой сейчас красуется лейкопластырь. Осколок от бутылки слегка порезал кожу. Рана мизерная, но тетушка решила, что нужно использовать все меры безопасности. Дверь тихо закрывается, а я так и стою с дорожной сумкой в руках. Вещей у меня не так много, поэтому оставляю ее у шкафа и иду к постели. Сажусь на край и, положив руки на колени, рассматриваю пальцы.

Кажется, звон стекла до сих пор раздается в ушах. Раз за разом, как на зло. Я даже испугаться не успела. Так и стояла с выпученными от удивления глазами, пока меня не стал тормошить охранник. Еле улизнуть удалось, а то загребли бы вместе с этим повернутым.

Медленно выпускаю воздух из легких и ложусь на кровать, устремляя взгляд в потолок. В комнате полумрак, и света от лампы не так много. В самый раз, чтобы успокоиться и настроиться на рабочий лад. Всю дорогу после того, как теть Соня забрала меня из клуба, она без перебоя говорила о ребятах, за которыми нужен глаз, да глаз. И я бы хотела улыбаться в это мгновение, но настроение разлетелось на осколки, как та бутылка, и оставалось лишь кивать.

Мысли о том, что могло случиться, если бы траектория «снаряда» была немного иной…

И хоть тетушка не озвучила недовольства и опасений, я сама успела нарисовать последствия. Жутко и страшно.

Повернулась на бок, представляя, как хорошо проведу лето. Без пьяных беспредельщиков, шастающих по клубам, в которые я больше ни ногой. Ни за что не пойду на такие веселья. Никогда больше. Никогда.

* * *

Утро оказалось суетливым. Тетя разбудила меня ни свет, ни заря и повела завтракать. Здание, так называемый летний лагерь, было огромным в два этажа. Моя комнатушка находилась на первом. По сравнению с теми лагерями, куда отправляли обычных смертных, этот был настоящим раем. Для ребят выделяли комнаты, где они жили по два-три человека. Разные возрастные группы. Соответственно разная степень ответственности, которая ложилась на плечи смотрящим.