Книга Берегись, Ангел!, страница 10 – Иоланта Палла

— Конечно-конечно, Велерий Иннокентьевич. — Приторным голоском произносит Дан и бросает мне напоследок насмешливый взгляд.

Мы порываемся уйти следом, но выпускают из кабинета только меня, а Макс задерживается там еще на десять минут и выходит совсем хмурый.

— Чтоон тебе сказал? — Спрашиваю, нервно одергивая блузку, которая выбилась из под юбки. — Только не говори…

— Нет, — Макс усмехается, — просто предупредил, что такими темпами меня не допустят до соревнований.

Круглова отправляли от школы на городские соревнования по боксу. Тренер, наш физрук, Роман Васильевич, был строгим. Если раньше два друга защищали честь школы, то после конфликта между ними Аристов ушел, показав всем свой противный характер.

Даже если Максим и огорчился, то упорно не показывал это. Мы вместе вернулись в класс, взяли расписание и направились в парк неподалеку. К счастью, Алина Мартыновна промолчала. Только взгляд выдавал ее недовольство.

Домой мне идти не хотелось, а забирать Олежу еще рано.

— Что с твоим телефоном? Так и не отдал? — Спрашивает Макс, откусывая кусок от гамбургера, которые взял нам на входе в парк.

— Нет. Про него можно забыть, Макс. — Я тяжело вздыхаю и тянусь к стаканчику с чаем, который стоит рядом на лавочке.

За такое времяпровождение можно многое отдать. Хмурое небо просветлело, и теперь солнце слепило глаза и припекало, как летом.

— Я придумаю что-нибудь. — Говорит друг, но я отрицательно качаю головой, потому что принимать от него такую помощь не намерена.

— Не надо. Возьму себе старый смартфон с зарплаты.

Вру, конечно. Олежку сначала прилично одену в сад, а то подрос за лето.

— Та-а-ак, Цветкова, — Макс кривится и смотрит на меня с подозрением, — опять лапшу мне на уши вешаешь? Ты сколько уже мне эти слова повторяешь? Думаешь, я круглый идиот?

Я не выдерживаю и прыскаю со смеха, вызывая у друга недоумение.

— Что смешного?

— Макс, ну… Круглый… — Виновато смотрю на него и снова смеюсь.

Он делает вид, что сердится, но потом широко улыбается, продолжая есть гамбургер. За подобные подколы другие получают, а от меня он терпит все и даже смеется. Мы перекидываемся несколькими фразами о школе и новом расписании, а потом Круглов становится серьезным.

— Ты все так же по вечерам работаешь?

— Да, иначе никак. — Пожимаю плечами и бросаю в мусорку пустой стаканчик с салфеткой.

— Я тебя встречу и довезу до дома. — Твердо говорит и поднимается.

Выглядит странно. Макс всегда спрашивал, а сейчас ставит перед фактом, и мне не то, чтобы неприятно, а непривычно.

— Что за новости? —Говорю с улыбкой и с неохотой встаю, поправляя юбку, которая немного поднялась вверх. — Ты мне в охранники нанимаешься? Или опять Светку на ревность выводишь?

— Ха-ха, Лик, оборжаться… — Макс берет пакет, который дала Елена Владимировна, и кивает на выход. — После тренировки сразу за тобой, поняла, а то взяла и похорошела за лето. Страшно за тебя.

Ангелика

Я столбенею от слов друга и еще долго не могу выкинуть их из головы, шагая рядом по тропинке, что ведет к выходу из парка. Нам встречаются парочки, дедульки, бабульки, мамы, решившие, что пора прогуляться со своими ненаглядными чадами, мирно посапывающими в колясках, а я зависаю на последних фразах Макса.

"…взяла и похорошела…", "…страшно за тебя…" — хм, если со вторым я согласна, да, Круглов меня защищает не просто так, то с последним стоит поспорить.