Книга Заклятие – (не)покорная для бывшего, страница 215 – Евгения Медведская

Онасделала шаг вперед, оплетая его всего по рукам и ногам своими зелеными вихрями.

— Я позабочусь, чтобы твое тело выглядело жалко, — прорычала она. — Но сначала, ты скажешь мне, как тебя зовут.

Он почувствовал, что сведенные челюсти пришли в движение. Кости лица будто бы ломало. В голове был хаос. Темная не реагировала на ситуацию, видимо, действительно занялась починкой барьера.

— Мууниии, — провыл он, боль при произнесении этих звуков была уничтожающей.

— Еще. Повтори пятьдесят раз.

Он почувствовал, как сводит даже язык, но продолжил выть, подчиняясь ее магии.

Беатрис повернулась к Дариморе. Та как раз обратила на нее свой взор.

— Мы можем договориться, Беатрис, — сказала Темная.

— Не можем, — покачала головой девушка. — Мой план предполагает, что выживет только одна.

Муни продолжал выть. Темную это раздражало, но еще больше раздражало то, что пришлось вносить коррективы в свой план. А еще… Она совершенно не видела, как сформировалась эта вероятность. Но сдаваться было рано. Даримора собрала силы и ударила.

Беатрис не могла до последнего представить, какая сила обрушится на нее. По ощущениям это было как падение со скалы в струи горного водопада. Девушка готова была потерять сознание, но перед глазами встало лицо Эритара, чуть насмешливое, чуть резкое. Его губы… Нет, сдаться Беатрис не могла. Она пришла в ярость, одновременно рассыпаясь в злой безумный смех. Да, это конец, но Даримора пойдет с ней в эту тьму. Не иначе.

А там, за гранью мира, Эритар снова примет ее в свои объятия, и вечная ночь раскинется над их головами.

Только сперва надо сделать то, зачем она пришла в этот замок.

Беатрис ударила вслепую, выпустила силу и прошлась без особенных мыслей, отдаваясь ярости. Безумие и импульсивный характер делали ее удары непредсказуемыми, от чего Даримора выходила из себя.

Беатрис едва ли что-то планировала. Предугадать следующее ее действие не под силу было никаким линиям судьбы. Темная трижды не успела среагировать, когда ее соперница меняла заклятие в самый последний момент, без всяких причин.

Сумасшедшая Луцерос просто не думала. Действовала эмоциями. Такое в вероятности не укладывалось.

Беатрис прошлась по кругу, по очереди дергая то купол, то силу ведьмы, то возвращаясь к Муни и усугубляя его состояние. А затем почувствовала ткань магии Дариморы. Безошибочный узор, сплетение, нити вероятности…

Селена говорила, что шанс невелик, но есть и Беатрис отчаянно искала его, разрывая и уничтожая точки судьбы, ведущие к победе Темной. Она скользила сознанием по тонким граням изнанки реальности и прикладывала силу, где считала нужным.

Получилось вынырнуть из плена заклятья Темной. Даримора стояла совсем близко и улыбалась пустым ртом. Ее глаза заволокла кромешная глянцевая тьма. Если бы не легкий блеск, то казалось бы, что это просто два отверстия в бездну.

Еще бы немного и был бы конец. Ведьме не хватило пары мгновений. Беатрис торжествующе расхохоталась, приводя свои глаза в такое же жуткое состояние, как и у соперницы.

— Ты жалкая раненная девчонка. Твоя душа издыхает, Беатрис. Ты прожила дольше, чем стоило. Умереть надо было в тот день, когда тебя опоили зельем, отдав земли своему хозяину.

— Только моим хозяином стал другой. Ты не всесильна, Даримора. Просчиталась, опростоволосилась. С самого начала моей историиты делала ошибки. Какая же ты Темная? Ты просто женщина, которая из-за предательства любовника решила наказать весь мир. Глупое решение. Лучше бы соблазнила молодого красавца и утешилась с ним, — демонически расхохоталась Беатрис. — Годы заточения стоили того? Я думала, что тебя интересовала власть и уважала за это, но любовь… Смешная ты дурочка! Разве это годится для такой великой ведьмы?