Книга Постучи в мою дверь, любовь, страница 31 – Лина Коваль

Пути назад нет.

Вздрагиваю от прикосновений теплых ладоней к мягкой округлости. Кожа воспламеняется. Хочется больше Авдеева. Ближе.

Обнаженнее. Горячее.

Хочется прикоснуться собой к нему. Телом к телу. И душой… К Кириллу хочется прикасаться душой.

Разворачиваюсь и под пристальным взглядом серых глаз дрожащими пальцами принимаюсь расстегивать мелкие пуговицы. Мужественные руки блуждают по моей спине. От этого в голове становится пусто.

Я проваливаюсь в сладкую, пушистую вату. Стягиваю с него рубашку, а затем мы вместе справляемся с оставшейся одеждой – с моими колготками и бельем, с его брюками и трусами.

Задерживая дыхание, друг друга осматриваем. Соприкасаемся… Схлестываемся в темноте.

Дальше – снова туман. Терпеть больше невозможно.

Падаю на кровать.

Спиной прижимаюсь к покрывалу. Кирилл, нависая, прикусывает мою губу и вздрагивает, когда я касаюсь возбужденного ствола.

Это ужасно порочно.

Нет, прекрасно порочно, потому что Кирилл Авдеев хочет меня. Он твердый.

Откуда-то появляется презерватив. Я киваю, все правильно. Улыбаюсь. Это тоже похоже на Мавроди. Надо все предусмотреть.

По телу стаями бегают мурашки. Мне хочется быстрее его себе. Всего-всего.

Принимаю приятную тяжесть мужского тела и выгибаюсь от того, как тесно становится внутри. Боли не чувствую. Кирилл нежничает. Движения его бедер тягуче плавные, покачивающиеся. Распаляющие мое нутро и провоцирующие хотеть разрядки еще больше. Это цепляет.

– М-м-м, – задерживаю дыхание, широко распахивая глаза.

Смущаюсь от того, как он на меня смотрит, занимаясь сексом. Кирилл окутывает взглядом, лицо предельно серьезное. Мне хочется забрать его в ладони и рассмотреть. Отпуская стон, делаю то, что хочется.

Кончиками пальцев трогаю высокие скулы.

– Поцелуй меня. Пожалуйста, – прошу.

Он кивает, склоняется и влажно целует. Его дыхание все больше тяжелеет, толчки становятся ярче, мощнее и глубже.

И еще ярче. Еще…

Палитра из красок в моем воображении проливается на белый холст.

Когда кажется, что мир вокруг рушится стенка за стенкой, внизу живота вспыхивает пожар. Мой оргазм восхитительный. Кирилл ловит все мои возгласы, делает пару финальных толчков и замирает.

Мы оба липкие от пота и горячие.

Туман рассеивается…

Сначала я чувствую острое, оглушительное счастье, но оно быстро сменяется страшной пустотой. Стыд топит. Набрасывается на меня бетонной плитой и придавливает.

Это тот самый умный, перспективный парень Лили. Отец ее ребенка. Да, она сама его бросила, потому что устала ждать, когда перспектива монетизируется, но, боже…

– Иди ко мне, Ась. Замерзла, что ли? Дрожишь вся, – ласково зовет Кирилл, перекатываясь на кровать.

Обнимает меня за плечи, укрывает уголком одеяла и целует в макушку, а я, прислонившись щекой к теплой груди, стеклянными глазами смотрю на ночной город.

Мамочки… Что же я наделала!

Обнимая себя за плечи, смотрю как пушистые, разбитные снежинки кружат за окном.

День сегодня выдался слишком пасмурным. Небесный свод такой темный и низкий, что, кажется, он вот-вот рухнет и разобьет в осколки мое и без того шаткое оправдание тому, что произошло ночью.

При свете дня призраки не ушли, они, наоборот, стали еще более осязаемыми и живыми. Объемными до удушающей слабости.

Напряженно улыбаюсь, потому что Кирилл осторожно обнимает сзади. И смущаюсь, как девчонка. Его тело идеально-больших размеров.