Книга Анастасия. Железная княжна, страница 77 – Адель Хайд

— Времени у нас очень мало, — отрывисто бросил Отто фон Шнафт. — И никаких гарантий, если вы будете что-то выдумывать.

— Что ты предлагаешь? — взвился Урусов, практически нависая над сухощавым Отто, — говори конкретно.

— Сказано же в легендах, что нужна Триада! — Отто укоризненно посмотрел на князя Урусова и тот сделал шаг назад. — А мы кто? — Урусов сжал кулаки.

— Вы воплощённые духи, — спокойно ответил фон Шнафт, — и без княжны Триадой вам не стать.

— Мы справимся без неё, — отрезал Урусов.

И в этот момент глаза открыл Троекуров: — Никита, Отто прав. Нам нужна Анастасия.

— Да что вы всё заладили: Анастасия, Анастасия! — рявкнул Урусов. — Сами справимся!

— Михаил… ты что, встал? — повернулся он к Воронцову. — Беги, мы подстрахуем. Справимся, как и всегда, либо так, либо бросаем здесь Федьку и идём ждать княжну, другого плана нет.

Воронцов развернулся — и побежал к выходу.

Они ещё не знали, насколько прав был Отто.

Они, воплощённые духи, лишь части Триады. Настоящей, божественной силой онистановились только тогда, когда рядом была Анастасия. Связующее звено. Без неё они просто части оружия. Пуля сама по себе не страшна, и только выпущенная из собранного в целое оружия, в руках умелого стрелка, он становится смертельной.

Вскоре вода вокруг чудовища закипела. Над ней всплыл огромный гребень, дракон князя Воронцова прорвался через подземный туннель дворца. Морда у дракона была недовольная.

Они пока не слышали его. Чтобы услышать — нужно было перевоплотиться. Но Троекуров не мог. Держать стену становилось всё труднее, видимо чудовище чувствовало другого духа, враждебного ему.

— Оно… огромное. Никита, я был в порту, твари нет конца. У меня такое чувство, будто оно занимает весь океан, — сказал Дракон Воронцова

— Не может быть, — усмехнулся Урусов и посмотрел на Ляй Синя:

— Скажи, умибодзу может быть размером с половину Земли?

Глаза Ляй Синя расширились и его вырвало в третий раз.

— Что делать будем? — спросил Воронцов.

— Братья, надо либо отступать, либо нападать, оно чувствует нас, и я его долго не удержу, — послышалось от Фёдора

Урусов скомандовал Воронцову:

— Тащи его. — Как?Он везде! — Воронцов передал картинку другим, чтобы стало понятно, что под морской водой больше ничего нет, только тело чудовища. — Нам нужна Анастасия, — сказал Троекуров

— Да что вы заладили! — взорвался Урусов. — Анастасия, Анастасия…

И, превратившись в медведя, он бросился прямо на голову чудовища, невзирая на крики князей, попытавшихся его остановить.

Медведь вонзил огромные когти в глаза чудовища. И в этот момент произошло сразу несколько событий.

Защита, тонко зазвенев, дрогнула, стена стала похожей на тонкое стекло и лопнула, разлетевшись на сотни искрящихся осколков. Из глаз чудовища хлынул гной, но, потеряв один глаз, оно сразу же отрастило другой.

Морской дракон стал сворачиваться в огромные кольца, но вокруг него вырастали не менее огромные отростки, как будто руки, пытавшиеся обездвижить дракона, и с каждой такой новой «рукой» Воронцову становилось всё сложнее сопротивляться. Казалось, что вода вокруг начала превращаться в чудовище.

То же самое происходило и с медведем. Он всё больше погружался в эту массу, которая только становилась больше, с каждым новым ударом.

И дракон, и медведь ещё трепыхались, когда Троекуровочнулся и увидел происходящее. Он обернулся в дракона и закричал, бросая вызов туда, где белым ослепительным огнём светилась она, их княжна: