Книга Анастасия. Железная княжна, страница 36 – Адель Хайд

Таня слушала и ей казалось, что она просто не проснулась и до сих пор спит, и видит сон. Настолько невероятной ей казалась вся эта история. Но всё, в том числе и её воспоминания с момента, как она очнулась в защитном магическом пузыре на железнодорожных путях среди покорёженного метала вагонов, говорили о том, что это и есть правда.

— Вас будут искать? — вот что волновало Татьяну, которая может и не вспомнила, ни брата, ни Савву Демидова, но вдруг почувствовала, что она отвечает за то, чтобы те оказались в безопасности, как можно скорее.

Савва рассказал про записку, которую обнаружил в день побега, это означало, что в дом премьер-министра были внедрены свои люли, но как теперь с ними связаться никто не знал.

— Может привлечь Сару? — покраснев неуверенно сказал Савва и посмотрел на Алёшу.

Татьяне рассказали, кто такая Сара, но Татьяна, как и Алёша идею Саввы не поддержали.

— Опасно, — просто сказал Алёша

— Да, лучше не надо тревожить девочку, — подтвердила Татьяна, — она и так для вас много сделала

В результате решили, что Татьяна пойдёт, прогуляется по Кейтерему и прислушается, приглядится, что происходит.

Татьяна шла по улице, погода сегодня была промозглая, низко висели тучи, в воздухе была взвесь и Тане подумалось, что лучше было бы вообще не выходить из дома, но сидя в доме не узнаешь, что творится снаружи. В окно многое не увидишь.

Таня шла и проговаривала про себя своё настоящее имя, пока ничего не откликалось. На имя Алёша ей казалось, что тёплые вибрации появляются. А вот на имя сестры, Анастасия, нет.

Её сестра правительница Россимы. Она помнила, как в одном из журналов увидела фото хрупкой блондинки. На вопрос к ребятам: «Почему они с сестрой так непохожи?». Алёша ответил, что и он и Татьяна до сих пор находятся под артефактом изменения внешности, его можно деактивировать, но он бы попросил Таню потерпеть.

А она и про это забыла. Надо же, значит ли это, что она будет выглядеть так же, как и Анастасия?

А ещё Таня вспомнила слова доктора Кюрсе:

— Память к вам вернётся, сразу и вся, когда придёт время.

«Значит время пока не пришло», — подумала Таня и вошла в дверь своей типографии, и не заметила, что за ней следили.

Россима.

Это было очень необычно выныривать из воспоминаний, в которых переплелись прошлое, будущее, её, Фёдора, Никиты, что было, чего ещё не было.

Стася посмотрела на лица князей.

Лицо Никиты было полно мрачной решимости, на лице Фёдора отражалось принятие.

Внезапно Никита вдохнул, и всё так же мрачно глядя на Стасю, произнёс:

— Я останусь с тобой.

Стася испуганно посмотрела на огромного князя. Она знала, как сложно бывает его остановить, когда огненная натура начинает брать вверх

— Я тоже остаюсь, — произнёс Фёдор, и улыбнулся Стасе, — мы пройдём через это вместе.

Стася посмотрела на мужчин, каждый из них был ей дорог, теперь они это точно знали, и она знала, что дорога каждому.

«Дракон сможет уравновесить медведя, — вдруг подумалось Стасе, — ну а то, что ситуация странная, так у неё всё странное, начиная с того, как она здесь оказалась и заканчивая этой Триадой, которая грозила перерасти в Тетраду*.»

(*Тетра́да (греч. τετράδα — группа из четырёх)

Стася надеялась, что на этом «волшебном» числе рост количества мужчин вокруг неё, обладающих божественными духами остановится.