Книга Анастасия. Железная княжна, страница 117 – Адель Хайд

Она почувствовала его взгляд, подняла глаза и спросила:

— Никита Алексеевич, с вами всё в порядке? Мы слышали, вы были в больнице.

— Да, княжна, — неожиданно для самого себя, почему-то охрипшим голосом, сказал Никита.

Он удивился, что голос у княжны был выше, чем он помнил. В его реальности у Анастасии голос был более низкий, грудной, каждый раз заставлял вибрировать что-то внутри и… страшно ревновать.

Заговорила княжна Татьяна:

— Иван Алексеевич, а вы к отцу, к императору, собираетесь?

Иван утвердительно кивнул:

— Вы очень прозорливы, княжна.

Никита тоже обратил внимание, что здесь и Татьяна выглядит немного по-другому, старше, чем та, которую он знал в другой реальности, там, где Анастасия по годам младшая, взяла на себя ответственность.

Завершив ничего не значащий разговор, князья раскланялись и разошлись. Никита слышал за спиной, как княжны или их фрейлины начали перешёптываться.

Иван оглянулся на Никиту, покачал головой и сказал:

— Девчонки совсем...

А Никита подумал, что они и в его реальности были девчонками, которым пришлось слишком рано повзрослеть.

— Ты что, брат, — спросил Иван, — так смотрел на Анастасию Николаевну, что ей, по-моему, даже не по себе стало.

Иван помолчал пару мгновений, потом добавил:

— Я не говорил тебе, брат, но там, откуда я, она другая.

— В смысле другая? — удивился Иван.

— Ну... там она правительница.И там я… её люблю, — Никита впервые сказал это вслух, признавая этот факт. Ведь раньше даже самому себе он боялся признаться в этом, тогда, когда она была рядом.

Теперь он понял, почему это происходило. Он боялся стать уязвимым, довериться кому-то до конца. Но теперь, потеряв её, он понял, что на самом деле было ценного в его жизни. Именно об этом ему говорил Голицын, который был уверен, что Никита будет готов уничтожить «хронос».

Императора они ждали недолго. Братья даже не успели выпить по чашке чая, который им подали на небольшом кофейном столике в кабинете Его Императорского Величества.

Николай Александрович вошёл, с порога разрешил братьям не вставать, присел рядом. Выглядел он усталым, но был бодр.

Иван, с которым Никита заранее договорился, что начнёт разговор именно он, сразу предупредил императора:

— Всё, что мы вам сейчас расскажем, может показаться вам нереальным.

И братья рассказали императору про «хронос». Не сказали только, что Никита из другой реальности. И ещё одно умолчали, о том, что в той реальности его, императора, уже нет.

Как ни странно, император поверил им сразу.

Оказалось, у него был артефакт. Дневник. Этот дневник хранил всё, что в него записывали, потому что он был вне времени и пространства. Так был сделан этот артефакт.

Император, открыв его, показал братьям странности. В дневнике наблюдались нелогичности в записях, которые он себе никак не мог объяснить. И только теперь, после рассказа братьев, понял, в чём дело. Судя по тому, что таких нелогичностей было несколько, можно было даже отследить, когда именно происходило изменение реальности.

Братья перечислили, какие княжеские роды они подозревают.

Император задумался и сказал:

— Шаховские возможно. Но зеркальная магия Шаховских всё-таки должна от чего-то отразиться. Здесь же видно, что идёт прямое воздействие.

Голицыных император сразу исключил:

— Не верю я, что потомки Андрея Васильевича способны на предательство. Себе меньше верю, чем им.