Книга Непокорная для наследного принца, страница 27 – Юлианна Винсент

Я плюхнулся на камень напротив, скинув плащ. Усталость давила на плечи, но внутри все еще бушевало странное беспокойство — смесь надежды, ревности и абсолютной растерянности.

— Она… не такая, как я ожидал, — начал я, глядя куда-то в сторону, где между деревьями пробивался последний луч заката. — Она выросла. Стала сильная. Еще более упрямая. И смотрит на меня так, будто я — предатель, который разбил все ее игрушки и еще и посмеялся над этим.

Веридор приоткрыл второй глаз. В его вертикальных зрачках плескалось откровенное веселье.

— Да неужели? — протянул он и в его голосе зазвучали сладкие нотки язвительности. — А я-то думал, ты вернешься героем, все бросятся тебе на шею, а она — особенно. Ан нет! Война меняет людей, говорили они. Теперь я вижу — меняет в том числе и тех, кто ждал. И знаешь что, парниша?

Он приподнял голову и его чешуя зашуршала, словно сухие листья.

— Мне это даже нравится. Пусть помучается твое надменное королевское эго. Заслужил.

Я вздохнул, потирая переносицу.

— Дело не только в этом. Сегодня… когда я к ней прикоснулся…

Дракон тут же оживился. Оба глаза распахнулись, в них вспыхнул неподдельный интерес.

— О-о-о! Прикоснулся? Куда прикоснулся? К щечке? К ручке? Или, не дай Сенсея, к чему-то более пикантному?

— К плечам, — процедил я, чувствуя, как по щекам разливается тепло. — И между нами… пробежала искра. Буквально.

Веридор замер на секунду, а потом разразился таким хриплым, раскатистым смехом, что с ближайших деревьев посыпались листья.

— Искра! — всхлипывал он, давясь собственной веселостью. — Благородный, да ты романтик!Пятнадцать лет на войне, выжил в Пустоши, а теперь — искра! Может, это статика? Или у тебя в мозгу замкнуло что-то?

Я сжал кулаки, но сдержался. Спорить с драконом в таком настроении — все равно что пытаться заткнуть водопад пальцем.

— Это была не статика, — упрямо сказал я. — И не магия. Это было… что-то другое.

— Лябоффь, — с пафосом провозгласил Веридор и тут же скривил морду. — Фу, даже говорить противно. Ладно, допустим, не статика. Но знаешь, все это такие мелочи по сравнению с тем, что ты…

Дракон сделал паузу, а потом гаркнул мне в самое ухо.

— НЕ ПРИНЕС! МНЕ! СЛАДОСТИ!

Он придвинул морду так близко, что я почувствовал запах серы и чего-то сладковатого.

Я замер.

— Что?

— Не делай вид, что не понял! — дракон нетерпеливо ткнул мордой в мою сторону. — Я спас тебя, потому что у тебя была конфетка. С нее все и началось! Ты думал, я забыл? Драконья память — вещь нерушимая, особенно когда дело касается сахара. И раз уж ты пришел сюда ныть о своих сердечных терзаниях, то плата за мое драгоценное время и мудрые советы — кондитерская дань!

Я опустил голову и пробормотал:

— Сейчас не было времени заходить в кондитерскую.

— На конфетку всегда есть время! — рыкнул Веридор, приподнялся на передних лапах и его тень накрыла меня целиком. — У тебя было время играть в искры с ведьмочкой, а на конфетку — нет? Это возмутительно!

— Я обещаю, в следующий раз…

— Нет! — он рявкнул и земля под нами дрогнула. — Не «в следующий раз», а в ближайшее время! Иначе, клянусь своими еще не отросшими до конца когтями, я вылезу из этого укрытия, приду в твою академию и подожгу ее! Не всю, конечно. Только ту часть, где хранятся учебники по этикету. Или столовая. Мне все равно. Но гореть будет ярко и с ванильным ароматом!