Книга Я, эти двое и двадцать девять массажистов, страница 140 – Марушка Белая

— И о себе все расскажешь? — попробовала вытянуть из него обещание.

— Расскажу все, — кивнул он и тут же добавил. — Кроме тех сведений, что не имею права разглашать.

В МСР меня встречали, как героиню. «Айна Дистрагон, смелая женщина из планеты Унн-Тала отменила рабство и предотвратила гражданскую войну», — читала я местные новости и удивлялась формулировкам.

— Но это же не совсем так, — протестовала я, но адмирал просто махнул рукой.

— Вы, Наследница Айна, пример для других планет, где до сих пор используют труд рабов. Их надежда!

От внимания я быстро устала и была рада, когда, покончив с официальной частью, мы полетели на Тоюни — родную планету Матиаса.

— Вот только пообещай, что не разочаруешься во мне, — попросил мужчина, обнимая и зарываясь носом в мои волосы.

Тоюни оказалась маленькой планетой с большим количеством шахт. Когда-то здесь велась добыча угля, но сейчас все запасы были истощены и люди потихоньку ее покидали. На подлете я видела испещренный норами шахт и провалами грунта рельеф, местами заросший редкими хвойными лесами. Крупных городов здесь не было, а по рассказам Матиаса остались лишь небольшие поселения.

Тоскливо.

Мы остановились в родном шахтерском поселке Матиаса. Заселившись в самую крупную и единственную гостиницу, стали планировать день.

— Все это здание размерами меньше, чем дом твоей матери, — проговорил мой мужчина и в его голосе я уловила вину. Как будто он переживал, что мне здесь будет некомфортно.

— Я не совсем поняла, тебе стыдно за родной город? — спросила его.

— Ты привыкла к другим условиям, а тут…

— Матиас, ну что ты такое говоришь? — возмутилась я. — Мы не выбираем, в какой семье или на какой планете родиться.

Он недоверчиво хмыкнул. Тогда я обняла его, заглянула в глаза:

— Вот я могла вообще родиться рабыней, и мы бы никогда не встретились.

— Даже будучи рабыней, ты бы организовала бунт и собрала гарем из самых сильных мужчин.

Я рассмеялась, представив такую картинку в своей голове.

— И красивых!

— И красивых?

— Конечно, думаешь, твои умопомрачительно синие глаза могли оставить меня равнодушной?

— Айна, Айна, — повеселел он. — Умеешь ты поднять настроение.

Я смело положила ему ладонь на промежность, намекая, что не только настроение могу поднять, но он развернул меня к окну:

— Лет пятьдесят назад здесь процветало рабство, — рассказал мне Матиас. — Уголь добывали, нарушая все правила безопасности. Потом планета вошла в состав МСР, и все бывшие рабы стали свободными. Вот только продолжали работать на шахтах, потому что других вариантов не было. Абсолютно. Я рос подвижным ребенком, всегда хотел большего и мечтал улететь отсюда, чтобы управлять большими звездолетами. Мои родители работали в шахте и в один день не вернулись со смены. Вместе с сотнями других рабочих их завалило очередным обвалом. Траур коснулся множество семей. Я остался с бабушкой. И вот тогда она сделала все, чтобы оплатить мне поездку на экзамены в Академии МСР.

— И ты поступил? — догадалась я.

— Я лез из кожи вон,чтобы сдать нормативы. Штудировал законы, учился владеть оружием, а уж сколько часов я провел на тренировках — не счесть. К сожалению, бабушка не дождалась моего выпуска и умерла из-за старости и болезней. Я долго не мог простить себе, что уехал и не подумал о ней.