Книга Я, эти двое и двадцать девять массажистов, страница 108 – Марушка Белая

Блондин развернул меня и стал целовать мои щеки, виски и губы. Он сильно сжал меня, поцелуи сместились на шею. Лямка купальника уже была сдвинута вниз, сильные пальцы кружили вокруг горошины соска на моей груди. Откаждого движения становилось труднее себя сдерживать. Как же я жалела, что мы сейчас не в своей спальне. Но от того, что нас могут увидеть остальные, чувства обострялись. Это так порочно и так возбуждающе! Я тихо рассмеялась, обернулась, чтобы оглядеться. Янфы не обращали на нас внимания, находясь достаточно далеко, чтобы не слышать. Впрочем, они и сами так шумели, что мы могли бы тут оргию устроить. Эш был рядом со спящей Табитой и усердно делал вид, что не смотрит на нас. Но я и не стеснялась его внимания, уверена, он и не такое видел. А вот Матиас, находясь чуть ближе, смотрел на нас с Исаем, не скрывая своих чувств. Что это было? Ревность, злость, возбуждение? Опять поддавшись порыву, я поманила его пальцем. Ожидала, что он отвернется и уйдет, но Матиас внезапно приблизился к нам.

Исай замер, поняв мой замысел, но через несколько секунд вернулся к ласкам. Лишь его руки сжали мою талию сильнее. Бывший агент встал рядом:

— Предлагаешь мне присоединиться? — неверяще спросил он.

Было видно, что ему очень не нравится то, что он видит. Но возбуждение уже завладело им. Сейчас он готов был поступиться некоторыми своими принципами, чтобы получить и свою долю ласки. Я отвернулась, убирая волосы с шеи. Как бы приглашая его начать с нее. Он приблизился ко мне. Его губы легко, почти невесомо коснулись нежной кожи, и я жадно вдохнула воздух. Внизу живота вдруг приятно заныло. Я начала теряться, когда поняла, что мне приятна его ласка. Нащупав руками его член, я обхватила его поверх ткани плавок. Он часто задышал. Другой рукой сделала то же самое с Исаем.

— Все же, может, найдем более укромное место? — спросил синеглазый, не прекращая поцелуев.

И вдруг я увидела, как это выглядит со стороны. Будущий Верховный Старейшина ни за что бы так не вел себя на публике. А то, что это мои же рабы и подруга тем более не делают мне чести. Я отодвинулась от обоих, вернула лямку купальника на место, проговорила, выравнивая дыхание:

— Простите, сейчас не время и не место. И вообще, не знаю, что на меня нашло.

Встряхнув головой, чтобы сбросить наваждение, я неровной походкой пошла к подруге под навес. Меня ждал шезлонг и теплый плед. Эш тихо произнес:

— Доброй ночи, госпожа… — а потом добавил. — Вы горячее, чем я думал.

— Тс-с, — попросила я. — Ты ничего не видел.

Он хмыкнул, промолчал. Я улеглась на свое место и совсем скоро уснула. Сквозь сон чувствовала присутствие Исая, это ощущалось привычным спокойствием окружающего пространства. На следующий день по покрасневшим глазам Матиаса поняла, не всем нравится спать на открытом воздухе. Хоть он и утверждал раньше обратное…

Выходной остался позади, а с ним и расслабленное желание развлечься. Впереди был сложный день, нам предстояло провести торжественное открытие курорта. Мы вернулись вчера, но сразу же принялись за работу, и к утру было сделано очень много! К счастью, Табита организовала всю презентационную часть, включая буклеты, украшения из живых цветов, закуски, гостевую мебель и прочее. Также было приглашено еще больше журналистов, наших конкурентов, важных персон и членов семей Старейшин. Мама тоже должна была посетить Парму, хоть и ненадолго. Я намеревалась передать ей информацию, которую должен был сообщить Грейам.