Книга Пришелец и красавица, страница 8 – Харпер Смит

“Ему повезло, что он левша” сказала Аиша за завтраком. “Все могло бы быть хуже”.

Я не стала с ней спорить, она не понимала. Никто не понимал. Но я помнила, каким был мой отец до инсульта. Сильным, здоровым мужчиной, веселым и активным. Он сорок лет отработал на нашей ферме, а одним утром просто упал и очнулся инвалидом.

Паралич от инсульта забрал у него возможность работать и вместе с ним часть его личности. Как бы мы с матерью и сестрами не старались вернуть ему хорошее настроение, отец чах все больше с каждым днем. Он умер год назад, в пятьдесят два года. Он мог бы прожить еще много лет, но сдался и я боялась, что тоже самое сейчас происходит с Торном.

— Как ты, девочка?

Мора села рядом со мной на поваленное бревно и вытянула ноги.

— Тоня сегодня умница, почти не плакала.

— Я о тебе, спрашивала.

— Ну вот, плету, — я показала коврик, над которым возилась все утро. Рукодельница из меня была плохая, но я пыталась научиться, чтобы приносить пользу. Из-за младенца на руках проку от меня было мало. — Пока не очень получается….

Мора раздраженно цокнула и покачала головой.

— Как ты?

Я улыбнулась и хотела сказать, что все отлично, но передумала. Мора — мать Ри'акса, самая уважаемая и старая женщина племени. Она казалась суровой и неприступной, но это была лишь маска. С первых дней на планете она относилась ко мне как к нам с девочками, как к равным и защищала от косых взглядов и пересудов.

Я не стала ей лгать и ответила честно:

— Я переживаю за Торна, но не знаю как ему помочь. Он не хочет со мной говорить.

Мы вместе посмотрели на мужчину. Торн сидел на дальней скале и смотрел то вдаль на джунгли, то на берег океана.

Каждое утро я наблюдала, как Торн, едва переставляя ноги взбирается на холм. Путь, который у других занимал десять минут,от него требовал полчаса, а то и больше.

Конечно, мы сидели слишком далеко и не могли видеть его лица, но я знала, что он сосредоточен и собран. К работе дозорного он относился с той же серьезностью, как и всему остальному в жизни.

— У Торна сложная судьба. Сложнее, чем у многих здесь. Если он дорог тебе, не сдавайся.

— Но он не хочет…

— Мужчины понятия не имею чего хотят! — Оборвала меня Мора. — Ты женщина, будь умнее.

— Но…

— Послушай меня, девочка, твое сердце знает все, — она ткнула меня пальцев в солнечное сплетение. — Доверься ему. Позаботься о Торне, как он заботился о тебе. Ты тогда помниться тоже его помощи то не особо радовалась.

Она хитро улыбается и я киваю. Это правда, Торн меня ведь пугал сначала, хотя не делал ничего плохого. Мора говорит, что присмотрит за Тоней и сует мне в руки небольшую корзину: ломоть хлеба, вяленое мясо и фляжка с водой.

Пока я иду по берегу и взбираясь на скалу, я принимаю решение. Мора права. Я не должна сдаваться.

Я хочу быть рядом. Даже если он ненавидит каждую секунду моего присутствия. Я буду настолько навязчивой, настолько неотступной, что у него не останется выбора, кроме как принять мою помощь. Или, по крайней мере, смириться с ней.

Торн даже не обернулся, когда я подошла. Я оставила еду, постояла немного рядом, болтая о какой-то ерунде: погоде и приготовлениях к свадьбе близняшек, а потом похлопала его по плечу и ушла.

Сердце от нервов колотилось как сумасшедшей. Но хоть он так и не посмотрел на меня, прогонять тоже не стал. Я сочла это хорошим знаком.