Книга Сотворить судьбу, страница 19 – Лия Виата

— Я выбила нам отсрочку.

— Но? — устало продолжила сестра.

— Придется поработать, — добавила она.

— Почему мы не можем просто сказать правду? — устало спросила Снежка.

На Адель накатило плохое предчувствие, объяснить которое она оказалась не в силах.

— Людей здесь недолюбливают, да и вообще считают вымершим видом. От правды только проблем прибавится. Уж лучше побудем Домовыми. — Она плюхнулась на диван.

Силы у неё стремительно заканчивались. Как только Снежка ещё на всё это не жалуется? Может, ещё не поняла, что это из-за её снов они тут очутились? Сестра села рядом и взяла её за руку. Снежка не знала ни мира, ни языка, так что ей приходилось куда сложнее, но она всё рано пыталась её поддержать. Адель покрепче сжала её ладонь и решила, что она обязана, во что бы то ни стало вернуть сестру домой.

После того странного разговора худощавая и высокая горничная Дара проводила их в среднего размера комнату с двумя кроватями, тумбочками и шкафом. Адель легла на ту, что была ближе к двери и сразу заснула.

Поначалу снилась ей какая-то чепуха из цветов и бабочек, а потом вспыхнул огонь, пожирающий всё. Её он не касался, но проходил так близко, что она чувствовала его жар. Послышался свист и рядом что-то взорвалось. Адель сбила с ног взрывная волна. Она с трудом поднялась, ощущая дикий ужас, и бросилась бежать. Предметы по бокам от неё продолжили взрываться. Впереди что-то засверкало. Адель прищурилась и разглядела какой-то магическое завихрение, становившееся всё больше. Оно напомнило ей своим видом кокон.

— Защитить… — раздался глухой и тихий голос, заставивший её вздрогнуть и споткнуться.

Она снова оказалась на земле. Сверху прямо над ней раздался характерный свист, предвещающий скорый взрыв. Она обхватила голову, зажмурилась и проснулась, резко сев на кровати. Руки у неё дрожали, дыхание сбилось, а по шее тёк холодный пот.

— Да что это за проклятие?! — прошипела она сквозь стиснутые зубы. — Мне теперь вообще нормально поспать нельзя? Лучше б Растус снился.

Выровняв дыхание, она осмотрелась. Снежка спала, а за окном едва начал заниматься рассвет. Немного подумав, Адель встала с кровати, надела в висящее в шкафу коричневое платье горничной и вышла в коридор.

Её окружила тишина. Особняк и его обитатели ещё спали. Сердце, наконец, успокоилось. Она вышла во двор и села на траву около ивы. Мягкий ветерок пощекотал ей шею и заставил листья дерева затрепетать. Она прислонилась головой к стволу и закрыла глаза. На неё неожиданно нашло чувство полного умиротворения.

Ей всегда даже во сне нравилось лежать и прислушиваться к природе этого мира. Только когда занималась этим, она чувствовала себя комфортно, будто, наконец, вернулась домой.

Она нахмурилась. Дом… Обычно она о нем не задумывалась. Ни детский дом, ни дом родителей, ни тот, в котором они начали жить со Снежкой так и не смогли стать ей родными. Она везде чувствовала себя чужой, поэтому так отчаянно держалась за единственное, что по-настоящему любила — свою сестру. Когда ей становилось совсем нечем дышать из-за притеснений и жестокости мира, именно Снежка всегда бралаеё за руку и выводила на свет. Счастье сестры первостепенно, а она будет рада просто наблюдать за ней издалека.

Руководствуясь этой логикой, Адель оформила опекунство над Снежкой едва ей исполнилось восемнадцать. Очень помогли документы, подтверждающие родство, деньги с продажи подарков родителей и её официальное трудоустройство. Любила ли она жизнь в России? Скорее нет, чем да. Попыталась бы вернуться если бы попала сюда одна? Однозначно да. Ради Снежки.