Книга Тень и пламя, страница 29 – Рина Рофи

Рей не отшатнулся. Напротив, его ухмылка стала только шире, но в его глазах не было и тени веселья. Только холодная сталь.

— Или что? — его голос был тихим, но он прорезал воздух, как лезвие. — Расскажешь папочке? Прибегут твои няньки?

Марк сделал шаг вперед, его плечи напряглись.

— Или я сам с тобой разберусь. Без нянек. И без правил.

Они стояли нос к носу, два Альфы на крошечном пятачке футбольного поля, а вокруг них застыла вся академия. Даже преподаватель физры, обычно невозмутимый, смотрел на них с настороженностью.

Рей медленно, преувеличенно оглядел Марка с ног до головы.

— Угрозы? Мило. Но твоя сестра, кажется, сама решает, к кому подходить. Или ты ее на поводке водишь?

Это было попадание в самое больное место. Марквздрогнул, как от пощечины, и его сдержанность дала трещину. Я видела, как его пальцы сжались в белые кулаки. В этот момент я не выдержала. Я не кричала. Я просто встала и медленно, не сводя с них глаз, пошла к краю поля. Мое движение привлекло их внимание. Марк бросил на меня взгляд, полный ярости и беспокойства. Рей... его взгляд стал пристальным, оценивающим.

Я не сказала ни слова. Я просто посмотрела на них — на брата, готового разорвать за меня, и на того, кто эту угрозу спровоцировал. И в моем взгляде, я надеюсь, было все: и предупреждение Марку, и предупреждение Рею.

Свисток преподавателя, резкий и властный, разорвал напряженность.

— Хватит стоять! Продолжаем игру!

Они медленно, нехотя, отступили друг от друга, но война была объявлена открыто. И поле боя из коридоров Академии переместилось на футбольное поле.

Физра закончилась, и поток студентов устремился к раздевалкам. Я не спешила, бредя в самом хвосте. Какой смысл торопиться, если все душевые все равно будут заняты, а толкотня и гам только сильнее взболтают и без того перегруженные нервы. Шум голосов и топот ног постепенно стихали, удаляясь в сторону главного здания. Я шла по тропинке, ведущей из леса, и наслаждалась редкой минутой одиночества. Но оно было недолгим.

Из-за спины послышались быстрые, легкие шаги. Я узнала их по ритму, еще не оборачиваясь. Рей поравнялся со мной, легко подстраиваясь под мой неспешный шаг. Он молчал, и это молчание было густым и многозначительным.

— Ну что, капитаны, перекусили друг у друга? — наконец спросила я, глядя прямо перед собой.

Он коротко хмыкнул.

— Пока нет. Но игра только началась. Твой брат... в ярости.

— Это мягко сказано.

— Он тебя защищает, — заметил Рей, и в его голосе не было насмешки. Было... понимание. — Я бы на его месте, наверное, был таким же.

Это признание застало меня врасплох. Я посмотрела на него. Он был серьезен.

— Но я не на его месте, — продолжил он, и его взгляд стал тяжелым, пристальным. — И я не отступлю только потому, что он надувает щеки и рычит. Ты ведь сама это знаешь, моя пара.

Мы дошли до развилки, где тропинка расходилась: одна вела к главному входу, другая — в обход, через сад.

— Да, — тихо сказала я, останавливаясь. — Знаю.

Он кивнул, как будто чего-то и ждал.

— Значит, так и будемиграть? Пока твой брат не снесет мне голову, а ты... — он не договорил, но его взгляд скользнул по моему лицу, — не решишь, чего ты хочешь на самом деле.

С этими словами он свернул на боковую тропинку и зашагал прочь, оставив меня стоять с одним-единственным, самым главным вопросом, на который у меня до сих пор не было ответа. И я плюнула. На осторожность, на братьев, на все эти бесконечные правила и ожидания. Словно что-то щелкнуло внутри. Он уходил по той самой тропинке, что вела в сторону от всего — от шума, от чужих взглядов, от этой вечной осады.