Книга Тень и пламя, страница 189 – Рина Рофи

Я вышел из спальни, тихо прикрыв дверь. За спиной доносился приглушенный шум душа. Колючка мылась. От этой простой мысли по телу разливалось странное, непривычное тепло. Не похотливое, а... какое-то спокойное. Собственническое, да, но и защитное.

В гостиной, у потухшего камина, в кресле сидела тетя Линда. В руках у нее был планшет, но как только я вышел, она подняла на меня взгляд. Ее зеленые глаза, точь-в-точь мои и отцовские, были спокойны и всевидящи.

— Ну что, уложил свою бурю? — спросила она, откладывая гаджет в сторону. В ее голосе не было насмешки, лишь легкая усталая ухмылка.

— Уложил, — фыркнул я, подходя к буфету, чтобы налить себе кофе. Рука чуть дрожала от пережитого напряжения ночи. — Если под «уложил» ты имеешь в виду «затрахал до потери пульса, после чего она свалилась без сил».

Линда издала короткий, хриплый звук, похожий на смех.

— В нашей семье это традиционный способ успокоения строптивых невест. Работает безотказно.

Я сделал глоток горячего кофе, чувствуя, как он обжигает горло и прочищает мозги.

— С ней... не все так просто.

— Я вижу, — тетя откинулась на спинку кресла. — Иначе ты бы не таскал ее на руках в душ, как младенца. В тебе просыпается не только самец, племянник, но и будущий глава семьи. Это хорошо.

Она помолчала, изучая меня.

— Но одного твоего внимания мало. Ей нужен знак. Видимый.

Я нахмурился, ставя кружку на стол.

— Какой еще знак? Метка на шее говорит сама за себя.

— Метка — для тебя. И для других самцов. Это знак собственности, — поправила она меня, ее голос стал жестче. — Но ей, и всему клану, нужен знак принадлежности. Что она под защитой стаи. Что она — одна из нас. Даже если фамилия пока Теневая.

Она достала из кармана своего халата небольшой бархатный мешочек и протянула его мне.

— Дай ей это.

Я развязал шнурок и высыпал содержимое на ладонь. На кожаном шнурке лежало кольцо. Не тонкое изящное украшение, а массивная печатка из темного, почти черного серебра. На ней был вырезан наш родовой символ — волчья голова в обрамлении языков пламени, символ Багровых.

— Это не помолвочное, — пояснила Линда, видя мое выражение лица. — Это знак семьи. Его носят все наши. Я ношу. Твои сестры носят. Теперь будет носить и она. Чтобы каждый, кто посмотритна нее, понял — тронуть ее, значит объявить войну всему нашему роду.

Я сжал кольцо в кулаке. Металл был холодным, но в нем чувствовалась тяжелая, многовековая сила. Линда была права. Одной метки, скрытой под одеждой, было мало. Мир должен был видеть. Должен был знать.

— Спасибо, тетя, — я кивнул, засовывая кольцо в карман брюк.

Линда встала и, проходя мимо, с силой хлопнула меня по плечу. Так хлопают братьям по оружию. Равному.

— Не благодари. Просто не теряй ее, Рэй. Такие... находки случаются раз в жизни. А теперь иди, буди свою «затраханную бурю». Самолет ждать не будет.

Она вышла из гостиной, оставив меня одного с тяжестью кольца в кармане и новой, огненной уверенностью внутри. Колючка будет под защитой. Моей и всей моей стаи.

Я вышла из ванной, завернутая в пышный банный халат, с мокрыми волосами. И сразу же наткнулась на него. Он стоял посреди спальни и от него исходило такое плотное, трепетное волнение, что оно буквально ударило мне в нос, перебивая запах шампуня.