Книга Какой скандал! (Это просто смешно), страница 128 – Ци Инцзюнь

Вспоминая, как Сяхоу Дань просыпался с выражением «я убиваю во сне», она не могла сдержать легкую усмешку.

Но затем, подумав о том, как он избегает Се Юнэр, она ощутила радость.

Она была взрослой женщиной из современного общества, неплохо выглядела и до переноса сюда уже имела отношения. А Сяхоу Дань, будучи актером в индустрии, где вокруг полно поклонников и поклонниц, вряд ли был одинок.

Ее не волновали его прошлые отношения. Но быть императором с гаремом — это уже другое дело.

Первое относится к личным чувствам, а второе — к вопросам морали.

Раньше она не зацикливалась на этом, потому что не была влюблена.

Сейчас она почувствовала разочарование в себе.

Сяхоу Даньспокойно сказал:

— Я ее не люблю.

— И не скажешь, что так. Ты действительно выглядишь благородным, настоящим оазисом в этом пожирающем людей дворце, — полушутя похвалила Ю Вань Инь.

Однако ответа, которого она ожидала, не последовало.

Ю Вань Инь удивленно подняла голову и увидела, как Сяхоу Дань опускает глаза. Он, казалось, задержался на мгновение, прежде чем с улыбкой ответить:

— Спасибо за комплимент, я тоже так считаю.

Ю Вань Инь замерла в недоумении.

Сяхоу Дань редко показывал такую фальшивую улыбку в ее присутствии.

* * *

После долгих двух недель игр различных фракций, вдовствующая императрица, возможно, не желая заполучить репутацию человека, не заботящегося о государственных делах, в конце концов согласилась принять яньскую дипломатическую миссию во время праздничного банкета.

Стояла глубокая осень, и Министерство обрядов уже начало готовиться к празднику Тысячи Осеней.

Праздник Тысячи Осеней — это день рождения императора, который должен отмечаться на всей территории страны. Но после того скандала у дверей казначейства, Сяхоу Дань предложил провести праздник скромно, чтобы сэкономить ресурсы, ведь в этом году значительные средства были потрачены на строительство мавзолея для императрицы-матери. Сяхоу Дань объявил, что его собственный праздник пройдет без излишеств.

Эта новость распространилась среди народа, и в сочетании с несколькими новыми указами, репутация Сяхоу Даня значительно улучшилась — что до реакции вдовствующей императрицы, которую он заодно и подставил, об этом ничего не известно.

Однако, как бы скромно ни проходил праздник, без застолья в честь императора не обойтись. В этом году, помимо всех придворных, были приглашены послы из нескольких соседних стран для вручения подарков.

Министерство обрядов было занято до предела, и даже Бюро небесных предсказаний получило много новых задач.

Ян Дуоцзе был совершенно измучен.

Будучи новым низовым чиновником в Бюро небесных предсказаний, он, естественно, получил самую тяжелую работу — ежедневно бегать между различными ведомствами, согласовывать даты и время проведения ритуалов, размещение предметов и порядок церемоний.

Больше всего его раздражало то, что эта работа не имела никакой реальной ценности, это был всего лишь показухой.

Ян Дуоцзе, как иЛи Юньси, стремился к практическим результатам и презирал все эти формальные церемонии. Он с легкостью приводил восемь аргументов для обоснования времени начала обеда, но внутри он был крайне недоволен и даже начал сомневаться, стоило ли ему поступать на службу.

В таких условиях Сяхоу Дань на одном из совещаний приказал: