Книга Лунный свет среди деревьев 2, страница 58 – Екатерина Боброва

Уф. Кажется, все не так страшно, как мне думалось.

И все же странно, с чего дух решил стать моим стражем. К чему такое самопожертвование?

Я знала его разным: надменно-злым, жестоким, когда мы встретились у источника; язвительным, когда речь заходила о наставнике Гу; насмешливо-колким, когда мы обсуждали школу, соседей и милым, когда он заботился обо мне и няне. Сопровождал, охраняя, на тренировках в лесу. Был насторожен к любому, кто пытался со мной сблизиться. Переживал. Пытался помочь с драконом. А его забавные попытки найти мне мужа…

И в то же время я не знала о нем ничего. Ло мог исчезнуть на пару дней или даже неделю. Мог появиться буквально на пять минут, получить порцию крови, а потом снова пропасть. Я искренне верила – ему скучно со смертной. Кто я и кто он, проживший долгую жизнь, о которой он почему-то не торопился рассказывать. На вопросы о том, какие Небеса и как живут остальные духи, отделывался общими фразами. Говорил всегда лишь о настоящем – я подробно знала, кто чем занят в деревне, где какая скотина заболела и кто с кем поссорился. Но вот о прошлом, Ло не любил распространяться, а я не настаивала.

А сейчас пожалела. Безусловно, я была рада видеть братца рядом с собой, но хотелось бы понимать его настоящие мотивы.

Сильная кровь? Среди огненных магов он легко нашел бы кого поинтересней, не скованного условностями общества: никуда не ходи и сиди дома.

Чувствую, есть какая-то причина в том, что Ло остался со мной.

– Разотри мне тушь, – попросила я Ляньин, приступая к надоевшим уже сутрам.

Служанку вернули сегодня утром. Служащий лекарской палаты передал свои извинения и настойчиво намекал, чтобы я отпустила служанку с ним в целительскую. Засуетились… Но девочка отказывалась покидать меня, так что лекарь ушел с пустыми руками. А вот нечего было раскидываться талантами…

Ляньин принялась растирать тушь, и я заметила, как она бережет руки, еще и морщится.

– Покажи ладони, – потребовала, откладывая в сторону кисть.

Девочка замотала головой, глядя испуганным зверьком.

– Покажи, – повторила, и та несмело повиновалась.

Я стиснула зубы, ощущая, как от негодования начинает гореть лицо. Сволочи. На коже явственно выделялись вспухшие красные полосы. Так вот как они «разговаривают» со слугами?

– Нет—нет, вы не подумайте, госпожа, это не сегодня. Меня вчера утром наказали за то, что ткань испортила, – зачастила Ляньин, со страхом глядя на мое лицо. – Сама виновата.

Знаю я, как «сама». Дали ветхую ткань, которая расползлась. Потом наказали – кто-то же должен ответить. Одно из главных правил дворца: виновный должен быть найдет и наказан. И оправдания тут не в почете. Даже если просто рядом стоял.

Я встала, достала из комода баночку с мазью.

– Руки, – попросила, открывая крем. Пахнуло запахом трав. Надеюсь, во дворце готовят хорошие лекарства.

– Что вы, ваше высочество, я недостойна. Позвольте справиться самой, – испуганно затрясла головой Ляньин, и ее оттопыренные ушки полыхнули алым от смущения.

– Мне тебя связать? – вздернула я брови, и девочка с обреченным видом протянула руки.

За спиной с дребезжанием рухнул на пол таз, Ляньин дернулась, но я продолжила невозмутимо наносить мазь на кожу. Похоже, мою репутацию украсит еще одна добродетель: ее высочество настолько великодушна, что лично лечит слуг. Двор будет в шоке.