Книга Лунный свет среди деревьев 2, страница 114 – Екатерина Боброва

– Да погоди ты хоронить, может, жива еще?

– Какое там жива! Ты лицо ее видел? Покойница, мечом клянусь.

Они бежали, тревожа топотом тишину заснувшего гарема. Пятна света, дрожа, хаотично кружились по плитам дорожек, траве и стенам домов, беспокоя женщин, но никто не вышел проверить причину суматохи. Правило выживания во дворце – меньше знаешь, дольше живешь – знали тут слишком хорошо.

– Здесь, – Ло остановился у барьера. Черты его лица заострились, удлинившиеся когти нетерпеливо царапнули, пошедший цветными волнами воздух.

– Не спеши, – Вэньчэн достал из-за пазухи медальон, приложил к невидимой стене, и по ней, словно размыл кто, разошлась гигантская клякса, открывая проход.

– Быстрее, – Ло первым рванул вперед. За ним, оттеснив князя и принцев, скользнули стражи.

– Не положено! – взвизгнул и тут же заткнулся истеричный женский голос, а следом донеслось облегченное:

– Жива тварь!

Князь зашел, бережно прижимая к груди Линь Юэ. Девушка пребывала в глубоком обмороке, и он трусливо запретил себе думать о том, что держит на руках ее хладный труп.

Не сейчас, когда он принял решение не отпускать ее. Когда собирался открыть свое сердце и рассказать о сестре. Пусть она возненавидит его за правду. Не страшно. Он сможет добиться прощения и завоевать ее чувства заново. Главное, чтобы Линь Юэ осталась жива. Он разрешит ей рисовать те оскорбительные рисунки – пусть издевается. Позволит учиться дальше. И найдет способ вызволить из дворца. Он все для нее сделает…

И князь крепче прижал девушку к себе.

Шагнув через порог, Тяньцзи покачнулся – в нос ударил сильный запах сырости, несвежей еды, смешанный с удушливым ароматом, в котором угадывались смолы, уголь, аир и какие-то незнакомые травы.

Прошел в комнату, почти полностью погруженную во мрак – около кровати горел лишь один фонарь, подсвечивая лежащее там женское тело. Над ним – жнецом смерти – навис Ло. На его вытянутой над женщиной руке кровавым зрачком горело кольцо.

Вей вместе с другими стражами уже зажигали фонари, и скоро свет высветил неприглядность жилища: испачканный углем пол, с вычерченными на нем символами, застеленный черной тканью столик, на котором лежала кукла,одетая в женское платье. В ее груди серебрилась воткнутая игла. Рядом, на листе бумаги, алело лишь имя: Линь Юэ. Сбоку валялась потрошенная курица. Дымились удушливые благовония. Где-то капала вода. От самодельного алтаря пахло кровью, смолой, травой и… смертью.

Ужас приморозил ноги к полу, и Тяньцзи с испугом подумал, что они могут не успеть. Он торопливо наклонился к губам принцессы, с облегчением уловив слабый выдох.

Стражи, не теряя времени, приступили к обыску, вываливая вещи прямо на грязный пол. В их лихорадочных движениях отчетливо читался страх. Со звоном посыпались украшения из шкатулки, и чей-то сапог безучастно наступил на изысканные цветы сливы, ломая и вдавливая в пол.

С улицы слышались команды – солдаты брали в оцепление дом.

В углу зашевелилась со стоном женщина, поднялась, шатаясь. Ее лицо показалось князю смутно знакомым – кто-то из придворных дам.

– Вы опоздали, – прошипела она со злым торжеством. – Госпожа сильна, и ничто не сможет нарушить ритуал. Девчонка, наконец, умрет.

– Проклятое создание! – выругался принц. – Ты хоть понимаешь, кому угрожаешь?