Книга Ожившие кошмары, страница 71 – Екатерина Андреева, Александр Матюхин, Олег Савощик, и др.

Конечно, велосипед был не новый, но теперь Егор Степанович мог проводить больше времени с семьей: выезжая на работу на добрый час позже, да и возвращался он намного раньше.

Хорошее было время. Несмотря на все беды, свалившиеся на них тогда, сейчас, кажется, что счастье было там, в прошлом. Тогда он еще не брал вторых смен. Тогда в их доме еще жила надежда. Тогда Люба еще была с ними.

Опустив свои промокшие ботинки в снежную колею, он уже собирался двинуться в путь, но его потревожил шум двигателя за спиной.

Сорок первый выплыл из тумана.

Егор Степанович выругался вслух. Автобус с запотевшими стеклами остановился прямо перед ним. Двери с лязгом распахнулись.

Поставив ногу на первую ступень, Егор Степанович заглянул в автобус, дав волю эмоциям:

— Ты тут уже третий проезжаешь! Другие закончились, что ли?

Увидев водителя, Егор осекся. Это был все тот же почти старик с усами, как у гусара. Он посмотрел на Егора Степановича грустными, почти слезливыми глазами и с насмешкой ответил.

— А мне почем знать? Может, и кончились. Залазь давай, да поехали.

Переключив рычаг, водитель протер лобовое стекло полотенцем и уставился перед собой, разглядывая все сгущающийся туман.

Простота ответа заставила Егора смутиться и пожалетьо том, что он вышел из себя. Посмотрев на часы, он вспомнил, что они не работают и растерянно уточнил:

— Вы через Александровку?

— Конечно, — легко ответил водитель. — И через нее тоже.

— Через Верхнюю или Нижнюю?

— А через любую.

Егор Степанович задумался на миг. Если сто восемьдесят пятый не смог где-то проехать, он все равно должен вернуться в конечную точку — поселок, где сейчас живет Егор, где его ждет Юля. Возможно, сто восемьдесят пятый, как и этот сорок первый, двинется в обход проблемного участка дороги и выйдет через Александровку на привычный маршрут. Даже если не удастся догнать сто восемьдесят пятый, в Александровке наверняка можно пересесть на какой-нибудь местный транспорт, идущий в сторону его поселка. Если такие еще ходят. Все ближе, чем идти пешком отсюда.

Егор Степанович поднялся в сорок первый. Бросил взгляд в салон. Помимо него еще двое пассажиров: скрюченная дремлющая старушка с лукошком и мужчина с бритой головой и в дорогом костюме.

— Ну и туманище! — возмутился водитель автобуса, переключив несколько рычагов. — В такой заблудиться — раз плюнуть.

Двери закрылись, автобус тронулся, озаряя туман перед собой теплым оранжевым светом фар.

— Сколько до Александровки? — спросил Егор, выуживая замерзшими пальцами ледяную мелочь со дна кармана.

— Да садись уже, — тоскливо ответил водитель.

Монеты недолго звенели в дрожащей руке пассажира и вернулись в карман.

Пожав плечами, Егор прошел в салон. Скрюченная старушка, встрепенувшись, испуганным взглядом оглядела его и, не найдя никаких признаков опасности, поправив покрывало на своем лукошке, снова быстро задремала. Бритоголовый мужчина в дорогом костюме сидел, вытянувшись по струнке. Его не моргающие глаза навыкате смотрели ровно перед собой. Мужчина показался Егору Степановичу знакомым, но в этом не было ничего удивительного. Еще не так давно, до того, как Любе рекомендовали покой и отдых и они переехали сюда, он сам носил костюмы ничуть не хуже этого и за день встречался с десятками людей, одетых в такие же дорогие костюмы.