Книга Вечерний свет, страница 17 – Клайв Баркер, Эд Горман, Джек Кетчам, и др.

– Ты врач, Док, – бросил Чанк, – тебе виднее. Мне мой выстрел очень понравился.

– Хорош дурачиться, Чанк, – не вытерпел Сэм. – Лучше бы я добил его из «спенсера».

На таком близком расстоянии заряд «спенсера» оставил бы от бедняги мокрое место.

– Как скажешь, Сэм.

Чанк глотнул виски «Сорок шагов», еще сильнее прищурился на солнце, прицелился и выстрелил. Апач рухнул, как подкошенный. Верхняя часть его черепа отлетела далеко в сторону. Сэм не мог не восхититься тем, как лихо Чанк управляется с кольтом и с виски. Сорт «Сорок шагов» представлял собой чистый спирт, закрашенный то ли кофе, то ли жженым сахаром, и по-видимому, как раз сорока шагами исчерпывалось расстояние, которое мог преодолеть любитель этого пойла, прежде чем его на длительное время разобьет паралич. Тем не менее Чанк тянул его все утро, пока постреливал в дохлых воинов с Белой горы, а иногда и в их скво.

– Какие-то они нынче вареные, тебе не кажется, Сэм?

– Их меньше, чем было в этот час вчера. И не вылезают по трое-четверо, все больше по одиночке. С чего бы это, как считаешь?

– Понятия не имею. Откочевали, что ли?

– Может быть.

Правда, во дворе уже валялась дюжина тел. Дождавшись блаженной вечерней прохлады, они сложат их в фургон и, зажимая носы от вони, увезут подальше от стоянки. Но когда еще это будет!

Пока что жара стояла, как в борделе в ночь большой скидки.

При обычных обстоятельствах Сэм поручил бы эту работенку отряду следопытов из апачей-койотеро, 42 человека, к его постоянным услугам. Но все они три дня назад сбежали под покровом темноты. И в тот же день дохлые апачи Белых гор стали подбираться совсем близко, горя желанием отведать человечины. Неважно, койотеро это будут или белые люди.

Эта их неразборчивость проявлялась самым несимпатичным образом.

Мата Лобо был лучшим следопытом в округе, пока не отправился навстречу Клонящемуся Ворону, вышедшему из резервации, и не поплатился за это перекушенной шеей. Потом Уилл Фрай, переводчик и давний друг Сэма, поехал к вигвамам в трех милях ниже по реке, проверить, что за чертовщина там творится с двумястами с чем-то его местными подопечными. Увидел среди тополей и колючих кустов голую девушку, слез с лошади – и был вынужден снова запрыгнуть в седло, когда девушка откусила ему половину кисти, державшей револьвер. В лагере на Джиле беднягу сняли с гнедой кобылы, залитой его кровью.

Вызвали телеграммой Дока, но к его приезду Уилла уже пришлось успокоить пулей в голову. Такая же судьба постигла Клонящегося Ворона и Мату Лобо. Док сказал, что однажды уже видел такое: его приятеля укусили в плечо на окраине Форт-Томаса, и он знал, что лучше туда не соваться. Но они с Уиллом были давними друзьями, так что Док рискнул. Сэм смекнул, что куда бы эти твари тебя ни укусили, результат будет один – самый что ни на есть плачевный. Это и заставило его койотеро разбежаться.

Теперь Док ждал, что произойдет раньше: его отзыв в Форт или прибытие кавалерии. Кавалерия задерживалась (за ней послали всего два дня назад), отзыв в Форт – как водится, тоже. Но Док был себе на уме и никуда не выезжал без сопровождения.

Пока что они коротали время за отстрелом апачей.

– Расскажи-ка еще разок ту свою байку, Док, – попросил Чанк. – Я, конечно, поверю в нее ничуть не больше, чем в прошлый раз, но хоть время убьем.