Книга Мертвый сезон. Мертвая река, страница 21 – Джек Кетчам

Хотя пока все хорошо. Настроение у нее было вполне хорошее, и Карла была бы ею довольна. Сестра всегда говорила, что Мардж – попутчица хуже некуда: стоит хоть немного выйти за скоростной лимит, тут же паникует. Но, опять же, Мардж была твердо убеждена, что не тот шофер, кто любит скорость, а тот шофер, кто любит жизнь. В этом смысле она считала себя гораздо разумнее Карлы. Но сегодня – да, сегодня все идет путем. Мардж даже не стала возмущаться, когда Дэн достал «косяк» с травкой и предложил затянуться Нику – ну не за рулем же! Видимо, ранняя осень позитивно сказывалась на ее самочувствии; день казался слишком прекрасным, чтобы печься всерьез хоть о чем-нибудь.

Однако несерьезные жалобы, тихие, но гнетущие, она не могла не отринуть. Честь по чести, не самая положительная компания ей досталась. Ник, как всегда, вел себя отлично – мило, несуетливо, заботливо. Он даже не стал пробовать то предложенное Дэном курево. Но эта его девушка, Лора… это, конечно, что-то с чем-то. Или реально у нее что-то не то с головой, или прикидывается. Или просто дура – все три опции неутешительны. Марджори всерьез задавалась вопросом, что Ник – мужчина, не так давно клявшийся, что любит ее сестру больше жизни, – мог найти в насквозь фальшивой вертихвостке из лос-анджелесской звукозаписывающей компании. Девица с подстриженными «под пажа» волосами, дующая пузыри из жвачки и щеголявшая потертой кожанкой, вела себя так, будто ей лет на десять меньше, чем есть. Выбор Ника попросту ставил в тупик. Что и говорить, душа мужчины – потемки.

Хотя, если разобраться, с Лорой еще можно ужиться. Иного выхода у нее не имелось. Эта неделя затянется, как вечность, если они не уживутся. Броским нарядом и манерами девица почти наверняка маскирует неуверенность, неудовлетворенность собой. Расхожий случай. Тут же Мардж поймала себя на мысли, что судит Лору слишком поспешно, даже не сведя еще должного знакомства. М-да, ситуация…

Но с Джимом дела обстояли даже хуже. Было в этом парне что-то такое, что Мардж определенно не нравилось. Карла не раз рассказывала ей о нем, особо подчеркивая: кроме секса их ничего особо не связывает. Это Мардж очень даже могла понять, поскольку Джим был, что и греха таить, парень хоть куда. Но какое же у него было самомнение! Везде только «Я», «Я» и «Я». «Я пришел к ним на съемочную площадку и сказал – так-то и так-то…», «Они, конечно, согласились – ведь я был чертовски прав…»

Ей еще ни разу не доводилось встречать актеров, в жизни не оказывавшихся очень скучными людьми, и Джим Харни в этом отношении не был исключением. Он мог долго и упоительно рассказывать о всяких киношных уловках и премудростях, но заинтересовать это могло только повернутого синефила, каковым Мардж не являлась. Да и уровень Джима в этих разговорах сразу вскрывался – не выше легких ромкомов и сериалов по кабельному, до одури похожих один на другой. Ну и, конечно, рекламные ролики. Как, наверное, несправедливо отношение в этой профессии к людям с идеальной внешностью – самоуверенные мужики в хлопьях пены для бритья и дамочки, повадками похожие на кукол для секса. Мардж даже нашла повод порадоваться тому, что сама красавицей не была – так, всего лишь миловидной.

Она знала, что ведет себя как сноб, но трудно было избежать подобной участи. Тут ведь разговор о парне ее сестры. А Мардж сестру всегда оберегала – и знала, что это взаимно. Будь ситуация обратной, Карла реагировала бы так же.