Книга Кто не спрятался…, страница 49 – Джек Кетчам

— Тогда — гасим фонарики.

— С чего вдруг? — В голосе Стивена прорезалась плаксивая нота, которая мне совсемне пришлась по душе.

— Ну же.

Я знал, чего Кейси добивалась. Мы стояли во тьме, окруженные ароматами влажных почв, прислушиваясь к сухому, резкому скрежету леса и морскому гулу.

— Нервишки потрахивает? — спросила она снисходительно.

— Еще как, — протянула Ким.

— Ну вот и славненько.

Мы немного постояли, просто вслушиваясь, а потом Стив бросил:

— Ну, за этим мы и явились, ребятушки, верно?

Его тон окреп — таким он мне нравился больше. Неважно, как по мне, быть богатым и избалованным. Даже если ты вырос достойным человеком, стоит ветру смениться — и старые недостойные привычки проклевываются вновь, не делая тебе чести. Во времена стресса они налетают на тебя, точно призраки визжащих детей.

Мы двинулись по дороге — я впереди, две девушки вместе позади меня, а Стив замыкал шествие.

Дорога была неровной, рыхлой, усеянной камнями и ямами; более скверной, словом, чем я предполагал. Если кто-то подвернет тут лодыжку, вечер перестанет быть томным. Поэтому я шел медленно. Первые пару ярдов было слышно только, как мы вчетвером продвигаемся вперед. Потом дорога стала немного лучше — шум от нас стих.

Что и говорить, жутко. Шагая впереди, я не мог отделаться от дурной мысли — будто в этой ночи существуем только мы, да и то потихоньку растворяемся, лишь звуки уцелевают, но не то, что их издает. Ким спотыкалась и ругалась, а Кейси смеялась, но веселье недолго длилось. От нас остались лишь подошвы, скребущие по земле, и тишина — ничего сверх.

Дорога снова испортилась, но деревья над нами проредило, и с видимостью стало получше. Под ноги мне попалась сухая ветвь, и я пинком отбросил ее с пути. Она улетела в кусты с потрескиванием — словно тлела изнутри. Покатилась галька — будто кто-то зубами защелкал.

Воздух провонял хвоей.

Слева в кустах что-то шевельнулось. Я остановился, шаги позади меня тоже встали. Заколыхались заросли рогоза. Мы кого-то спугнули. Енота, может быть. Не особо большого зверя.

— Что это было? — дрогнувшим голосом спросила Кимберли.

— Енот, опоссум… а может, и медведь какой, хрен пойми.

Последовала минутная пауза, а потом она рассмеялась.

— Вот ты мудозвон, Дэн.

— А знаешь, здесь ведь и змеи попадаются. Большими вымахивают, сукины дети. Так что смотри, береги ляжки.

— Скажи еще, гигантские радиоактивные тараканы, которым ребенка уволочь — раз плюнуть, — скептически пробурчал Стив.

— Такие у нас в Бостоне очень даже водятся. — Ким захихикала. — Ой, Стив, фу! Отстань, кому сказала!

Я обернулся и увидел, что Стив накинулся на свою подружку с щекоткой. Ким начала визжать. Я перевел взгляд на Кейси.

— Не очень-то испуганы, я гляжу. А ты как?

— Рано спрашиваешь.

Мы свернули за поворот дороги, и тут прямо впереди стало видно, где точно кончались деревья и начиналась поляна, заросшая высокой травой, сорняками и ежевикой. За крайними березами виднелся дом Краучей — черная груда на отшибе, под куполом неба, усеянного звездами.

Я впервые находился в этом краю ночью, поэтому слегка опешил. Если есть в этом штате недвижимость, оправдывающая слова «проклятый старый дом» на все сто — то вот она была, передо мной. При виде этой заброшки все детские байки про нее ожили, и впору было задуматься, какой намек был скрыт во сказке-лжи, что за крупица правды затерялась в череде небылиц. Все-таки нехорошие места нутром чуешь. На чистых инстинктах улавливаешь: тут что-то не так, уходи-ка подобру-поздорову.