Онлайн книга «Рассказы 26. Шаг в бездну»
|
В его крови нашли пять различных наркотиков. Пять! Я же отправлял рапорт на ботаников, почему капитан… Он что, решил, что они просто смолят косячки под синтетическую музыку?! Нет, я все понимаю, мы все далеко от дома, но рано или поздно этим бы все и закончилось. Теперь весь экипаж загнали ко мне на анализы. Ботаники тут же набились в тренажерку, чтобы как следует пропотеть, пока ждут своей очереди. Кажется, у некоторых даже получилось. И все еще треть нашего экипажа – наркоманы. С ума сойти. Не представляю, что капитан будет с этим делать. И с Эрни, который уже сутки сидит в изоляторе. Неужели выделит ему капсулу в Центр?! А еще… Говорят, беда не приходит одна. Теперь я в это верю. На крики Сандры сбежался весь жилой сектор. Если бы не запертая дверь, она могла бы остаться в живых. Когда комнату вскрыли, кровь еще текла по ковру. Конечно, о реанимации не могло быть и речи – даже лучшие хирурги Центра не восстановят такие повреждения. И она умерла там, на глазах половины экипажа, среди ошметков мозга и битой посуды. Сколько же там было битой посуды… А потом она улыбнулась. Волею случая я оказался в том коридоре. Иначе бы не поверил. Ее лицо… Не прошло и пяти минут, как губы изогнулись в кривой ухмылке! Дьявол, у девчонки не было половины головы, а она скалилась, как будто смеялась над нашими выпученными глазами! Тогда Эрни и тронулся умом. До сих пор то рыдает, то хохочет на весь коридор. Даже техники сторонятся изолятора. Представить не могу, что это такое. Сперва Кальвадес, теперь Сандра. Мозг азиата мог быть поврежден разрядом, что привело к парадоксальной агонии. Но мозг девушки был поврежден табуреткой! Он разлетелся по всей комнате, импульсу просто негде было зародиться! Еще и капитан требует экспертизу. Среди команды уже ползут слухи. Говорят, излучение Гаргантюа пробило щиты и мы медленно мутируем в этой консервной банке. Говорят, в реакторе подтравливают охладители и газ вызывает коллективные галлюцинации. Говорят, беспокойный дух Кальвадеса бродит по станции и сводит людей с ума, – это техники, конечно. Бред, бред, сплошной бред. Должно быть какое-то рациональное объяснение. Почему мертвецы улыбаются? Почему через пять минут – не час, не сутки? Что изменяется в организме за это время? Вскрытие проводить отказался. Я даже не знаю, где искать. И это месиво вместо лица… брр-р! Даже для меня это слишком. Попробую отбрехаться терминологией. Спазм мимической мускулатуры, вызванный, хм-м… повреждением черепных нервов. Сойдет. Других врачей в экипаже нет, никто не поймет, какая это чушь. Да и улыбкой этот оскал можно назвать лишь с натяжкой. Пока я диктую эту запись, тело Сандры сжигают в инженерном секторе. Пепел выбросят в атмосферу, навстречу рыжим штормам Гаргантюа. Планета сегодня особенно яркая, будто радуется новой жертве. Держу пари, она с удовольствием пожрала бы нас всех… Нет, нет, что за чушь я несу. Я же врач, а не суеверная мартышка в комбезе! Я просто устал. Бахну ликерный концентрат и на боковую. Анжелика права, мне стоит больше спать. * * * 15 апреля. Запись… да неважно. С самого утра барахлит электричество, даже чаю не вскипятить. Опять что-то закоротило, и мы с Ларой весь день сидим при аварийном освещении. Хорошо, что сегодня нет пациентов. Всё из-за дегенератов в дырявых комбезах. Они устроили забастовку! Заперлись в своем отсеке и отказываются обслуживать станцию, пока капитан не согласится на их условия. |