Онлайн книга «Макабр. Книга 2»
|
– Эта материя не воспринимается ни человеческим глазом, ни сканерами, потому что они на нее не настроены. Еще раз: это материя. Нечто условно осязаемое. А уже она обеспечивает энергию. Я предполагал, что эта энергия и провоцирует астрофобию у людей, и ведет к образованию кристаллов, для которых ты служишь общежитием, события на «Виа Феррате» подтолкнули меня к такому выводу. Но после изучения того, что произошло на твоей станции, я вижу, что кристаллы – побочный продукт. Излучение, провоцирующее астрофобию, пролетает волной, поражает жертв, оказавшихся на ее пути, но нигде не задерживается. Однако или оно, или другой побочный продукт материи, его порождающей, провоцирует появление на неорганических объектах нового вещества. Оно тоже не воспринимается человеком, но, вступая в реакцию, испаряется и образует кристаллы. – То есть, оно как условное силовое поле? – не выдержал Лейс. – Неживые предметы оно окружает, но только если было получено от первоначальной волны. А когда оно вступает во вторичную реакцию с неживыми предметами или органической материей, оно преображается в кристаллы. – Верно. Причем в случае с неживыми, как ты говоришь, предметами распространение остается активным и даже по-своему заразным. В органических объектах это поле быстро достигает финальной стадии своего существования и кристаллизуется. Объяснение понятно, соляной мальчик? – Да – и нет. В твоей теории есть одно серьезное несоответствие… И я даже не говорю о том, что вся теория может оказаться несостоятельной. Я допускаю, что у тебя гораздо больше доказательств, о которых ты мне не скажешь. Но в рамках твоей теории ни один органический объект не может пережить взаимодействие с этим полем. То есть, на мне оно должно было кристаллизоваться, как и на всех остальных… А я ведь все еще жив! – Нет. Гюрза даже это произнес так равнодушно, без малейшего намека на триумф или таинственность, что Лейс засомневался: а не чудится ли ему? Но в светлых глазах все же читалась насмешка – или так ему показалось. Получается, слово все-таки прозвучало. – Что значит – нет? – То и значит. Понимаю, вы там в заднице станции назвали друг друга Мертвыми метафорически, потому что это звучало достаточно драматично для вашего представления о высшей расе. Но вы неожиданно угадали: все вы были мертвы с самого начала. – Мы умирали от заражения, но мы не умерли! – возразил Лейс. – Вы умерли от радиации. Все вы находились достаточно близко, чтобы облучение нанесло вам непоправимый урон. Думаю, после случившегося ты знаешь, что такая смерть далеко не всегда мгновенна – но тем хуже для жертв. Чтобы жизнь продолжалась, клетки должны обновляться. Но в вашем случае после облучения никакого обновления не было, процесс сбился. Тела жертв разлагались заживо. Ты ведь лично наблюдал подобное, не так ли? – Да… – Это неизбежно при взрыве в ограниченном жилом пространстве, – кивнул Гюрза. – Вряд ли ты за этим следил, но я уверен: все, кто был рядом с тобой в день взрыва, погибли именно так. Твое тело тоже потеряло возможность воспроизводить новые клетки. Но поле, все еще пребывавшее в тебе и не до конца обратившееся в кристаллы, отреагировало на это неожиданно: оно прекратило изменения. Если тебе так понятней, у тебя было две причины для смерти, но, наложившись друг на друга, они тебя спасли. |