Книга Макабр. Книга 2, страница 121 – Влада Ольховская

Она промолчала. Он не был ей дорог.

Я ни на миг и мысли не допускал, что гетера пришла сюда просто так, попользоваться каким-нибудь не совсем уж оскотинившимся администратором. Нет, захотела бы партнера – получила бы кого угодно, их учат соблазнять и учат становиться незаменимыми, я после того случая в губернаторском доме выяснил, чего от них ожидать можно. Гетера смотрела на меня, потому что ради этого и пришла – поговорить со мной. Она одна распознала чужака, и это мой прокол – не знаю, когда именно она это сделала. Думаю, некоторое время она наблюдала за мной, теперь пришла знакомиться. Ладно, спишем мою оплошность на то, что «Слепой Прометей» – ее территория.

Гетера открыла ближайшую дверь, приглашая меня в свободные апартаменты – мы как раз оказались на этаже для встреч один на один. Я отказываться не стал, причин не видел. Она интриговала одним своим присутствием, гетера могла стать той находкой, которую ты никак не ожидаешь обнаружить в откровенно никудышном месте.

Комната, в которую мы вошли, выглядела чистой, но я не сомневался: даже простое медицинское сканирование покажет, что тут треть генофонда станции отметилась. Так что я остался стоять у двери, а гетера прошла к кровати и опустилась на тяжелое шелковое покрывало. Она присела, не легла – она давала мне возможность оценить плавность движений, однако не скатывалась до примитивного соблазнения.

Думаю, соблазнить меня она бы попыталась, если бы ей велели меня убить. Сейчас гетеру интересовали переговоры.

– Каллисто, – представилась она.

Я промолчал. Я уже нахожусь в одной с ней комнате, а она все еще жива. Это максимум вежливости, который я проявляю в общении с людьми, втягивающими меня в непрошенные беседы. Вон, Сатурио Барретт может подтвердить.

Мне не раз доводилось слышать, что взгляд у меня тяжелый. Наиболее популярная характеристика – «дьявольский». Одни считают, что это намеренно выработанный трюк. Другие верят, что в моих демонических глазах плещутся души моих жертв. Истина, как всегда, где-то посередине: невозможно не измениться, когда ты видел так много – и так много сделал. Я считаю нужным предупредить сразу, только и всего.

Гетера предупреждение поняла, я видел. И она была не из тех безмозглых мушек-однодневок, которые считают, что вовремя вываленная сиська способна решить любую проблему женщины. Каллисто боялась меня, я видел. Но она не уходила.

– Я не знаю, кто вы, но ведете вы себя как разведчик, – сказала Каллисто. – Как очень опытный разведчик, такой опыт не приобретается в одной лишь академии. И вы чужой здесь, вас на вашем корабле выбрали для того, чтобы попасть сюда. Это значит, что вы занимаете там достаточно важное положение, к вашему голосу прислушаются. Я пришла просить вас взять меня с собой.

Ответить ей или уйти? Ладно, поговорю, хоть смотреть на нее приятно после всех этих промасленных бурундуков, которые тут по углам рассредоточились и копошатся с тем посапыванием, что у них стоном зовется.

– Ты не знаешь, кто я на своем корабле. Возможно, палач.

– Голос палача редко игнорируют.

– Справедливо. Но зачем мне помогать тебе? Что ты можешь мне предложить?

Если сейчас раздеваться начнет, конец болтовне. Нет, развлечься с гетерой – дело хорошее, их не только соблазнять учат, но и удерживать обожание – так это, кажется, называют. Но не в этой дыре, да и разочарование великовато: вместо гетеры получить обычную станционную шалаву.