Книга Макабр. Книга 2, страница 119 – Влада Ольховская

Полагаю, не решается она на это лишь из-за присутствия третьей стороны. Политика – тонкая игра, это не просто битва гроссмейстеров, всегда нужно держать в уме, что из-под куста в любой момент может выскочить непредсказуемый дебил, который скинет со стола доску.

В нашей истории роль непредсказуемого дебила достойно воплотил Юд Коблер, юноша семидесяти трех лет от роду. Справедливости ради, вне роли он как раз от недостатка ума не страдает, и это делает его опасным врагом. Изначально Коблер числился на станции штатным психологом. Причем это на «Виа Феррату» зачем-то целый отдел мозгоправов приволокли. На «Слепом Прометее» справляться предстояло одному Коблеру… А может, он просто шел парным комплектом со своей женой Ириной, ныне возглавляющей больницу станции, в прошлом – главным врачом.

Выполнять профессиональные обязанности Коблеру в какой-то момент надоело, и он решил объявить себя высшим существом. Он умудрился основать на великолепно оснащенной космической станции неоязыческую секту. Впрочем, учитывая, в какой гадюшник превратили станцию, шок не так уж велик.

Некоторое время я никак не мог разобраться, чему тут можно поклоняться. Богам космоса? Юду Коблеру во всем его дряхлом величии? Однако истина оказалась чуть интересней, изящней, я бы сказал. Коблер предложил своей недалекой, но деятельной пастве склонить колено перед Сектором Фобос.

Это шикарная идея, сам бы так сделал, если бы решил из маньяков переквалифицироваться в идолы. С этой точки зрения астрофобию можно было воспринимать как кару от Сектора Фобос, аномальные астероиды – как его гнев, новые формы жизни – как испытания, ну и далее по списку. Поскольку здесь постоянно что-то происходит, а наука давно уже не справляется, – так бывает, если ее забросить, – Сектор Фобос обязан был обрасти собственной мифологией. Коблер просто натянул эту мифологию на безмерные просторы собственных аппетитов.

Существование его секты – это прокол Чарльза Ллойда, как ни крути. Но я не удивлен, что он облажался. Такие, как Чарльз, верят в разум, а под разумом воспринимают свое видение мира. Короче говоря, он считал, что если ему не интересен бред Коблера, то и никому не будет. Вопрос в том, почему Юда не грохнули, когда он стал опасен… Тут вариантов несколько: либо его паства стала достаточно велика, чтобы грозить убийством из мести, либо мужа поддержала Иришка Коблер, давно и прочно сидящая на всех медицинских процедурах, крайне необходимых восьмидесятишестилетнему Ллойду.

Что-то вроде морали: у них тут трехсторонний бардак. И да, все это можно выяснить в одном лишь борделе, потому что сюда ходят и военные, и врачи, и сектанты. Божество Сектор Фобос или нет, а естественные потребности никто не отменял. Интересно, сколько мои спутники будут носиться по станции, прежде чем узнают то же, что и я?

Дальше «Виа Феррате» предстоит решить, с кем из этой шайки договариваться… да и нужно ли? С практической точки зрения – точно нет: у них нет ничего такого, чего нет у нас. Минимум Ллойд и Коблер не заинтересованы в возвращении к былому порядку, они еще и гадости начнут делать. Хоть какой-то интерес есть только у Элизы, да и то ей не позволят его реализовать, а власти у нее маловато.

Короче, я бы эту банку с метафорическими пауками и фактическими червями вообще не трогал. Но мои спутники отличаются тягой к саморазрушительной благотворительности… по крайней мере, некоторые из них. Я просто постою в стороне и посмотрю, что победит: разум или доброе сердце, подгоняющее задницу к приключениям.