Книга Сумерки не наступят никогда, страница 85 – Елена Блосфильд

Вскоре Эрик узнал, что ученые в институте клонирования уже давно работают над созданием искусственного разума. Он присоединился к ним, и вскоре мир увидел не только экземпляров, запрограммированных на уборку, охрану и курьерскую доставку, но и самостоятельный организм, который назвали Хавьером. Эрик редко посещал институт, опасаясь быть под пристальным вниманием коллег, он сослался на свой возраст, на недомогание и общался обычно через веб-камеру, отвечал на письма, редактировал тексты, а если уж посещал институт, то предпочитал в одиночестве проводить эксперименты и общаться с Хавьером, тестируя его жизнеспособность и его интеллект. Часто бывал и в лаборатории по производству сангуса, которая постепенно разрасталась в огромную промышленную зону.

С коллегами Эрик поддерживал чисто рабочие отношения. Редко кто посещал его дома. Он не любил, чтобы коллеги мешали ему работать. Кроме того, только дома Эрик мог стать собой, а не маскироваться под отца. Разумеется, не был речи ни о друзьях, ни о женщинах, всегда приходилось играть роль, гримироваться, подделывать голос. Нервы были на пределе, и это мешало работать. Пять других ученых, работающих с Хавьером, были гениями, и Эрик мог доверять им. Но постепенно он стал замечать, что кое-кто из них стал считать себя самым умным, самым нужным, как будто он один создал этого совершенного человека. Да, он запрограммировал его мозг. Но один мозг без тела – так и останется разумом в пробирке, не более. Это не будет человеком. Он не сможет функционировать в обществе, выполнять возложенные на него задачи. Как, впрочем, и без разума тело ничего этого не сможет.

Затем сверху поступило указание размножить таких, как Хавер, создать миниобщество в минисреде. Трое ученых взбунтовались и отказались выполнять приказ. Они знали, что разум экземляра перекоирован с разума заключенного, осужденного за серию убийств. Для копирования могга, эьтого опасного процесса необходимо было разрешение человека, и никто не соглашался, зная все возможные риски. Не приходилось выбирать – и ученые пошли в места лишения свободы, где и нашли подопытного – он подписал все бумаги, хотя в награду не получил ничего, кроме весьма солидной суммы денег, которую он подарил своей бабушке. И хотя вся программа была старательно изменена, но ученые не были уверены в безопасности экземпляра. Ничего подозрительного при психологическом тестировании не происходило, однако без испытаний Хавьера в обществе они не могли делать то, что впоследствии могло уничтожить и их, и институт, и все человечество.

Как вы уже знаете, мои дорогие читатели, трое ученых при попытке бежать были устранены. Адольф Иванович не смог с ними бежать, он не хотел бросить доверенный ему институт. А Эрик просто в это время работал дома над улучшенной формулой сангуса, и вообще не имел связи с учеными. Задумав побег, его просто не предупредили.

Когда в институте осталось всего два человека, Сергей Петрович почувствовал абсолютную власть. Ведь Эрик появлялся там редко. Но когда появлялся, то ощущал повсюду присутствие своего коллеги и слышал его недобрые слова, даже угрозы, смысл которых был такой: или вы со мной или последуете за остальными. Эрик старался держать нейтралитет. Началось массовое производство таких, как Хавьер.