Книга Ужас Рокдейла. Парад мертвецов, страница 6 – Иван Кустовинов

Но тут на него обрушилась настоящая волна захлестнувших его эмоций. Питер вспомнил свою трагедию, произошедшую в раннем детстве. Мать и отца, разбившихся на автомобиле, и его самого, тщетно дожидавшегося их возвращения возле окна и напрасно всматривающегося в темную улицу, пытаясь разглядеть появившийся из-за поворота зеленый новенький «Форд».

Наверное, Питер Фальконе не рыдал так сильно, даже когда впервые узнал о смерти родителей, но это и неудивительно, дети зачастую все воспринимают легче. Его мощные голосовые связки издавали всхлипы, сравнимые с разбушевавшейся грозой вместе с сильным ливнем.

В дверь постучали, и оттуда высунулась голова патрульного Джека.

– Эй, Питер, с тобой все в порядке? Я слышал какой-то грохот, а потом как будто бы кто-то…

– Убирайся отсюда прочь! – взревел Фальконе.

Голова в двери быстро исчезла.

Внезапное вторжение и мгновенно последовавшая за этим вспышка гнева помогли детективу немного прийти в себя. Своей огромной лапой он утер с лица обильно выступившие слезы и вытер их об полицейскую форму, после чего сделал несколько глубоких вдохов и только тогда полностью пришел в себя.

Он собирался уже приняться за разбор валявшихся на полу бумаг, когда ему в голову пришла мысль, что они втроем, он, его друг Дик и Джозеф, могли бы вполне стать приятелями, ведь всех их объединяло одно и то же – у каждого из них в автокатастрофе погиб кто-то из родных.

«Почему же ты, Раковски, никогда не говорил о своем горе? Кто, если не мы с Диком, смогли бы понять тебя? Тогда, быть может, ты перестал бы быть таким озлобленным мудаком!»

Внезапно Питер почувствовал к Джозефу огромную жалость, смешанную с какой-то долей то ли привязанности, то ли просто неких дружеских чувств, ведь, в конце концов, они действительно могли бы стать друзьями. К тому же он прекрасно понимал, что не будь у него самого такого близкого друга, как Дик, неизвестно еще, не стал бы он сам подобием Раковски. Что ж, теперь, после смерти Дика, у него для этого есть все шансы – подумал он следом и принялся разгребать завалы.

Почти сразу Фальконе своим наметанным детективным взглядом обратил внимание на некие счета, а если быть более точным, на банковские переводы, которых среди всего обилия бумаг было подавляющее большинство, и они его очень заинтересовали.

Он начал перебирать счета, и лицо его мгновенно изменилось, на глаза вновь навернулись слезы, когда он понял, в чем тут дело. Эти бумажки оказались не просто какими-то обычными регулярными платежами, а ежемесячными переводами почти всей своей заработной платы в различные благотворительные фонды, среди которых по размерам взносов наиболее выделялся фонд помощи людям, которые серьезно пострадали в автомобильных авариях.

– Твою же мать, Джозеф, что ты со мной делаешь! – воскликнул Питер, и слезы сами собой потекли ручьями по его и так уже достаточно раскрасневшемуся и опухшему лицу.

Утирая все никак не пересыхающий «Ниагарский водопад», лившийся из его глаз, Питер перебирал и перебирал нескончаемые пожертвования. Кроме регулярных отчислений со своей зарплаты, которые достигали иногда почти девяноста процентов от всей получки, непонятно, как Раковски умудрялся жить на оставшиеся после этого крохи: Питеру едва удавалось откладывать каждый месяц хотя бы процентов десять-пятнадцать, был еще большой взнос на триста пятьдесят тысяч. Как догадался детектив, эти деньги Джозеф внес, когда продал свою квартиру в Нью-Йорке.