Онлайн книга «Улей»
|
Он замолчал, снова издал звуки глотания. Хоть и привязанный, Линд размахивал руками, как будто пытался что-то схватить. Хейс был в ужасе, он видел перед собой человека в страшной беде. Взял руку Линда… и чуть не отдернул свою… будто прикоснулся к ограде под напряжением. Хейс чувствовал энергию, электричество, пронизывающее Линда. Оно словно накатывало волнами и от Линда переходило к нему. Линд глубоко вздохнул, и энергия исчезла. Какое облегчение! Теперь Хейс чувствовал только прикосновение к телу Линда. Плоть была горячая, влажная и неприятная. Словно держишь зародыш рептилии, только что появившийся из зараженного яйца. Рука Линда была такой… гладкой, теплой, пахнущей ядом и желчью. Хейсу потребовалась вся сила воли, чтобы не отдернуть руку. – Линд, послушай… старина, так не может продолжаться… – Я тебя слышу, Джимми, но не вижу. Я не вижу ничего, кроме этого места, ужасного места… О, где я, где я? Он издавал хриплые, гулкие, нечеловеческие звуки. Хейс не мог избавиться от ощущения, что эти звуки доносятся откуда-то очень издалека, проходят через очень большое расстояние. Он посмотрел на Шарки, она жевала нижнюю губу. – Ты в биомеде, Линд. Рука Линда дрожала в его руке, податливая, как глина, готовая расплавиться от тепла тела. – Я не вижу тебя, Джимми… боже, я совсем тебя не вижу, – всхлипывал Линд. – я… я не вижу биомед… я вижу… я вижу… – Что ты видишь? – спросил Хейс, думая, что это может оказаться важным. – Расскажи мне. Линд лежал, глядя в потолок. – Я вижу… вижу… – Он забился в конвульсиях, издал мучительный крик. Казалось, в этом крике удивление и ужас. – Море… здесь только море… большое, большое море… парящее, кипящее море… и небо над ним… туманное-туманное. Оно… оно больше не голубое, Джимми… оно зеленое… оно мерцает, светится, оно полно сияющего тумана… Чувствуешь его запах? Плохой воздух… как хлорка… как аммиак… – Линд подавился и закашлялся, извиваясь, как змея, пот катился по его лицу в волдырях. Он глотал воздух. – Не могу… дышать… Джимми… я не могу дышать! Хейс пытался его успокоить. – Ты можешь, Линд. На самом деле ты не там, ты здесь, там только твои глаза! Только твои глаза! Линд немного успокоился, продолжая глотать воздух. Глаза у него были огромные, полные слез и безумия. Дыхание его пахло неестественно, как будто креозотом. – Расслабься, – говорил ему Хейс. – Расслабься и расскажи, что ты видишь. Я помогу тебе выйти оттуда. Шарки наблюдала, не одобряя и не осуждая его действия. Только стояла с шприцем наготове. – Здесь жарко, Джимми… очень жарко… все дымится и затянуто туманом… и большие неровные осколки стекла… из моря поднимаются полосы разбитого стекла и отражают свет… это зеленое, зеленое, зеленое небо… пурпурные облака и розовые облака… и тени… эти тени извиваются, как змеи… смотри, как они это делают… видишь? Ты видишь? Тени… с венами, с венами… живые тени… в зеленом туманном небе… – Да, – сказал Хейс. – Я их вижу. Но они не могут нам навредить. – Я тону, Джимми. Не отпускай меня, не дай уйти на дно! Я тону в море, и вода теплая, такая теплая и густая… как желе. Как она может быть такой? Глубина, о, эта мерцающая изумрудная глубина! Море светится само по себе и показывает тебе… эти существа… и… и я не один, Джимми. Здесь еще очень много таких. Ты их видишь? Они плывут со мной… плывут, и скользят, и поднимаются, и опускаются. Да, да! Это существа, такие же, как в том доме… но живые, они все живые, собираются в городе! |