Книга Размножение, страница 94 – Тим Каррэн

Углубляясь в пещеру «Император», лейтенант-коммандер Бимен неожиданно остановился.

Он не знал, почему остановился. Он шагал по дорожке, ведущей вниз, в гигантскую ледяную пещеру. Дорожка была проложена по естественному проходу, который медленно шел под уклон в древнем голубом льду, пока не приводил в колоссальных размеров пещеру. В этом проходе было больше поворотов и изгибов, чем в ползущей королевской змее. Пройдя двадцать футов, Бимен потерял из вида «гипертат», пристройки и генераторную станцию во входе в пещеру. Остался только лед, надвигающийся со всех сторон.

– Что-то случилось, коммандер? – спросил сзади Уоррен.

Бимен едва не подпрыгнул, он повернулся и посмотрел на Уоррена; тот стоял в КХЧП, его бородатое лицо виднелось в разрезе парки.

– Что?

– Я спросил, что случилось. Вы остановились.

– Нет, все в порядке.

– Послушайте, вам не обязательно смотреть на эту штуку.

Бимен стиснул зубы; в нем нарастало необъяснимое напряжение.

– Не говорите глупости.

Но он продолжал стоять и сам не понимал почему.

Его словно остановила невидимая рука, и ему не хватало силы воли, чтобы продолжать идти. Он чувствовал себя… одиноким и уязвимым. Как будто здесь было опасно, таилась угроза во льду, и что-то внутри него узнавало эту угрозу. Волны страха поднимались от живота и быстро двигались по груди. Бимен сглотнул, попытался понять, что с ним.

– Меня просто… поражает возраст этого льда, – сказал он.

Уоррен кивнул.

– Это что-то, не правда ли? Возраст в сотни, тысячи, миллионы лет. Весь этот проклятый континент такой. Такой древний.

– Да.

Алюминиевые шесты были закреплены винтами в полу прохода и снабжены лампами накаливания, соединенными кабелем с генератором. Пока работал генератор, был свет. Но без него… Боже, почти непостижимая тьма.

Бимен осмотрелся, видя лед и чувствуя его.

Это всего лишь лед. Я знаю, что это всего лишь лед. Но… я чувствую его возраст и, может, что-то еще старше, что-то, что было здесь до льда. Что-то, что все еще здесь… что-то живое…

Проход был приблизительно круглый, прорезанный в голубом льду, который поглощал искусственный свет и окутывал все мягким аквамариновым сиянием. Жуткое голубое сияние, почти неоновое, но темное и подвижное. Потолок был в тридцати футах над головой, с него свисал лес сверкающих сосулек, стены – в двадцати футах по сторонам с многочисленными туннелями, ледопадами и сложными восковыми потоками голубого льда. Все это определенно выглядело сюрреалистично.

Красные парки казались здесь пурпурными. Лица становились светло-зелеными.

– Коммандер?

– Дайте мне минуту, – сказал Бимен, вдыхая и выдыхая. Ему нужно было время, да, боже, больше времени. Как бы ни было холодно – а в эти дни температура была не выше минус тридцати двух, ветер наверху доводил температуру до минус сорока, – здесь, внизу, держались постоянные тридцать два градуса тепла[57]. Пещера представляла собой защиту от непогоды. Конечно, снаружи можно было очень недолго работать и при минус сорока, и люди в Антарктике делали это годами. Это возможно. Опасен не столько холод, сколько ветер. Он подхватывает этот холод и режет вас, как стальным лезвием.

Так что в пещере температура была вполне приемлема.

Бимен знал, что его беспокоит не холод. И даже жуткое освещение, хотя и приводило в замешательство, все же не было причиной. Причина крылась в чем-то другом. Что-то сжало его, как ледяным кулаком, и не отпускало.