Книга Каждому свое, страница 50 – Леонардо Шаша

– Выходит, он был одержим мыслью о женщинах, помешан на сексе? – сказал следователь.

– Да, примерно так, – согласился директор лицея.

– А как он себя вел вчера?

– По-моему, нормально, как всегда: провел уроки, затем немного побеседовал со мной и с коллегами. Помнится, мы говорили о Борджезе.

Следователь немедленно занес это имя в свою записную книжку.

– Почему вдруг? – спросил он.

– Почему мы заговорили о Борджезе? Видите ли, Лаурана с некоторых пор вбил себе в голову, что его недооценили и теперь настало время воздать ему должное.

– А вы иного мнения? – с оттенком подозрения спросил следователь.

– Честно говоря, не знаю, что ответить, надо бы перечитать. Его «Рубе» произвел на меня сильное впечатление. Но это было тридцать лет назад, понимаете, целых тридцать лет назад.

– А, – протянул следователь и карандашом нервно перечеркнул у себя в книжке фамилию Борджезе.

– Но, возможно, – продолжал директор лицея, – мы говорили о Борджезе днем раньше. Хотя нет, вчера. Словом, я не заметил вчера в поведении Лаураны ничего странного, необычного.

– Во всяком случае, в городе он наверняка задержался не из-за школьного совета?

– О, точно нет.

– Тогда почему же своей матери он сказал именно так?

– Кто знает? Очевидно, он что-то хотел скрыть от нее. Остается предположить, что у него была связь с женщиной или, если не связь…

– То встреча, любовное свидание. Мы об этом уже подумали. Но пока нам не удалось установить, где он провел время после того, как вышел из ресторана, иными словами, начиная с половины третьего.

– Один из его учеников сказал мне утром, что вчера вечером видел Лаурану за столиком в кафе «Ромерис».

– Могу я поговорить с этим учеником?

Директор лицея тут же приказал вызвать этого ученика. Тот подтвердил, что накануне вечером, проходя мимо кафе «Ромерис», он заглянул в окно и увидел за одним из столиков синьора Лаурану. Он сидел и читал книгу. Было это примерно без четверти восемь или ровно в восемь.

Ученика отпустили. Следователь сунул в карман записную книжку, карандаш и со вздохом поднялся.

– Придется сходить в кафе «Ромерис». Мне надо как можно скорее распутать это дело, а то его мать с шести утра сидит в квестуре и ждет.

– Несчастная старуха… Он был к ней очень привязан, – сказал директор лицея.

– Кто знает? – ответил следователь.

У него уже возникло одно подозрение, которое полностью подтвердилось в кафе «Ромерис».

– По-моему, у него было свидание с женщиной, – сказал его превосходительство Лумия. – Он был очень растерян и явно нервничал.

– Он ждал встречи и сгорал от нетерпения, словно юноша в час первого свидания, – добавил барон д'Алькоцер.

– Вы ошибаетесь, дорогой барон, свидание было назначено именно в кафе, но она не пришла, – возразил ему синьор Ромерис.

– Не знаю, не знаю… – сказал его превосходительство Моска. – Одно неоспоримо, тут замешана женщина… Когда он вышел, просидев два часа в кафе, кто-то из нас сказал, что он торопится на свидание.

– Это был я, – уточнил его превосходительство Лумия.

– Но вел он себя не так, как другие, желающие побыстрее скоротать время перед любовной встречей. Он то и дело поднимал глаза от книги и бросал тревожный взгляд на дверь, вставал, прохаживался взад и вперед по залу и даже выглянул на улицу и посмотрел сначала налево, а затем направо, – сказал его превосходительство Моска.