Книга Безмолвный Крик, страница 148 – Саша Хеллмейстер

Я мало знала об этом племени и представила себе людей, похожих на Вика: рослых, гордых, необычных, с холодными глазами, неулыбчивыми. От ветра пламя костра дрогнуло. Я сжала колени руками, поглядев по сторонам, в лесную темноту и серебряную полоску озера в прогалине между деревьями.

– Они были относительно свободны на землях резервации и очень бедны. Сильны, но не п-приспособлены к выживанию в новом для них мире. Никто тогда приспособлен не был, честно сказать. Случилось так, что мой прадед вместе с остальными мужчинами решил отправиться на заработки из-за большой нужды. Он оставил молодую жену и подался на строительство моста в Вирджинии в Большом к-каньоне, том, что близ горы Рашмор. Мост был нужен, чтобы проложить по тем землям железную д-дорогу. Прадед и ещё тридцать здоровых крепких мужчин покинули племя, чтобы заработать на лучшую жизнь жёнам и детям. Они отправились в другое место, вдали от родных лесов и гор, и там трудились, отстраивая мост в самых опасных участках предгорья. Их очень ценили за то, что они могли работать на больших высотах.

Где-то неподалёку тревожно ухнула сова. Дафна села поближе к Бену.

– В один день судьба прибрала четырнадцать из них. Могавки, работавшие на стройке, сорвались с высокой обломленной балки, работая б-без тросов, и разбились о скалы. Это был обычный для тех мест случай. Они навсегда остались лежать на дне глубокого к-каньона. Спуститься туда за их телами в силу высоты и особенностей конструкции моста б-было сложно, да и кто бы стал заботиться о телах индейцев? Никто. Белые люди думали, что остальные, испугавшись гибели соплеменников, уйдут. Но на следующее утро оставшиеся в живых вернулись на мост с презрением к высоте и смерти, и со временем тот мост отстроили.

Вик замолчал. Он запахнул коричневую вельветовую куртку и, прочистив горло, продолжил:

– Но один из них, мужчина крепкий и выносливый, выжил в том каньоне. Он п-переломал себе кости и не мог даже встать. Из-за шума строительных работ и в‑ветра, гуляющего по скалам, никто не слышал его стонов, а хриплые крики принимали за эхо от вороньего карканья, и он медленно умирал т-там в одиночестве, думая о погибших братьях. Он видел их тела, открытые м-мёртвые глаза и костенеющие трупы и вспоминал свою семью. Долгое время он ждал, когда смерть придёт к нему, но она всё не приходила. У него не было возможности убить себя. И больше того, он не хотел этого делать. На горы опустились дожди: от жажды он не мучился так сильно, как от голода. И одним днём воля к жизни п-пересилила человеколюбие, и он, пережив семь ночей и не дождавшись п-помощи, из последних сил дополз до одного из трупов и впился зубами в плоть. Он утолил свой голод человечиной. С того дня питался п-плотью, гнилой и уже тлеющей на костях, отчего его собственные кости быстро срастались, зубы удлинялись и становились волчьи острыми, а глаза могли ясно видеть даже безлунной ночью. Этот человек п-перестал таковым быть, превратившись в злого духа голода – вендиго.

Вик помолчал и обвёл нас глазами. Кругом звенела тишина. Даже лес казался неестественно тихим.

– Этот дух высок. Он рослый, как двое мужчин, ставших друг другу на плечи. Носит он на своём изуродованном, окостеневшем лице маску-череп из оленьей обглоданной головы. Рога украшает б-бусами, вырезанными из жил и костей людей, кого он однажды съел. Его м-можно увидеть в лесу ночью, когда он с холодами п-пробуждается от снедающего голода. Он то ребёнком плачет, то прикидывается тем, кто вам дорог, – и порой, блуждая по лесу, вы можете услышать знакомый голос. Не обманывайтесь. Это зовёт вендиго. Он путает вас, заманивает глубже в лес и хочет съесть. Обычно вендиго свистом оглашает чащу, но т-тот, что упал в бездну близ горы Рашмор, – он только хрипло кричал от горя и боли, как в те дни и ночи, за что индейцы п-прозвали его Вакхтерон.