Книга Ловушка для Крика, страница 41 – Саша Хеллмейстер

Вик был взволнован. От былой весёлости и ласковости не осталось следа: теперь что-то терзало его, но что – непонятно. Я встрепенулась, некстати вспомнив, что во вчерашней суете не отдала подарок, и сунула руку в карман куртки.

– Эй. У меня кое-что для тебя есть.

Вик удивлённо вскинул брови и посмотрел на бархатный коричневый мешочек. Я вложила его в смуглую ладонь и накрыла своей сверху.

– С днем рождения, Шикоба.

– Это… – он помедлил, – … от тебя?

– Нет. От президента Соединённых Штатов.

Он ухмыльнулся, развязал чёрную ленточку и вытряхнул небольшую коробку.

– В упаковке ещё упаковка! Чикала! – он выпучился на меня. – Ты серьёзно п-подошла к делу!

Я пихнула его кулаком в плечо. Вик искренне засмеялся:

– Я восторжен к-как ребёнок. Что там?

– О боже. – Я закатила глаза. – Открой и узнаешь, гений.

У воды Дафна достала смартфон и громко попросила Бена сфотографировать её на фоне озера. Я посмотрела на друзей с высоты песчаной насыпи. Джесси нашла руку Джонни и крепко стиснула её, съёжившись перед густой белёсой стеной. Она повернулась к озеру и тревожно вглядывалась в даль.

Вик приоткрыл коробку и тут же со щелчком захлопнул её. Он серьёзно посмотрел мне в глаза:

– Надеюсь, там не кольцо?

– Прекрати надо мной издеваться! – возмутилась я.

Вик рассмеялся, решительно поднял крышку и тут же присвистнул:

– Вот это да.

В смуглых пальцах запуталась чёрная бархатная лента: на ней медленно раскачивался серебряный ворон, отпечатанный на червлёной монете. Вик посмотрел на меня так, словно я подарила ему золотой слиток.

– Это очень к-красиво, чикала. Я н-не ожидал. Ты сама выбирала?

Я кивнула.

– Подумала, тебе понравится. Если хочешь, помогу примерить.

– Да. П-пожалуйста.

Он поднял косу и наклонился ко мне. От его тела веяло теплом и пахло сырым песком. Я завязала ленточку с кулоном на шее, и Вик с интересом приподнял край монеты, лёгшей под кадыком: я обняла его так крепко, как могла, и он обнял в ответ.

– Спасибо. Правда, с-спасибо. Напоминает мой старый армейский жетон: я потерял его когда-то давно, и мне дали д-другой. Но тот было т-так жалко…

Неожиданно над озером прокатился крик. Это была Дафна – я могла бы поклясться, что она. Мы подняли головы: пустой пляж был почти весь окутан туманом. Плотная стена его двигалась по поверхности озера; он быстро наступал, словно живой. Его дымная полоса застыла на границе песка и воды. Дафна закричала ещё раз там, за этой полосой, надрывно и визгливо, и в голосе её прорезалась плачущие нотки. Мы с Виком инстинктивно взялись за руки.

– Что п-происходит? – нахмурился он и окрикнул: – Д-Дафна?!

Я посмотрела под ноги и увидела, что из рощи на песок наползал туман: мы с Виком стояли у него на пути. А потом, подняв взгляд, увидела Бена: Бена, выступившего из этой пелены, Бена, показавшегося у воды. Он стоял там и тихо хрипел, выкашливая на футболку и песок кровь.

Его грудь пронзила длинная оперённая стрела.

– О мой бог.

Я ощутила, как Вик стиснул мою ладонь в руке так крепко, что до самой кости заломило от боли. Кто-то с тихим плеском шёл там, из тумана, по озёрной воде: тень вместо плоти, вокруг которой клубился густой дым, расщепляясь на отдельные языки, подобные всполохам чёрного пламени. Это был рослый мужчина с платком мексиканской расцветки, повязанным на лице. В руках его был лук, а за плечами – колчан. Волнистые чёрные волосы падали на плечи, укутывая их, точно покрывало.