Книга Гитлер: мировоззрение революционера, страница 380 – Райнер Цительманн

Что оценочные суждения действуют в самых разных местах историографического исследования, является азбучной истиной. Разумеется, постановка вопросов для исторических исследований определяется ценностями, как и вообще решение заниматься эмпирической исторической наукой или решение о соответствующем использовании результатов исследований. И, конечно, историческая наука, подобно другим наукам, занимается ценностными позициями, нормативными системами управленияи идеологиями как социальными фактами, то есть как предметами исследования: оценка таких политиков, как Бисмарк или Наполеон, положительная или отрицательная оценка действий правительств и партийных программ или распространенные во многих обществах, становящиеся в определенные эпохи вирулентными, предрассудки в отношении этнических и религиозных групп, бесспорно, являются важными объектами эмпирической исторической науки.

Ценности имеют, следовательно, значение и в исторической науке, будь то в контексте так называемых открытий и так называемого использования или в качестве предмета ее анализа. Но в дебатах о свободе от оценочных суждений речь идет вовсе не об этом, а о том, что историческая наука — как и любая другая эмпирическая наука — по принципиальным причинам не в состоянии выдавать оценочные суждения, обоснованные эмпирической наукой. С одной стороны, оценочные суждения ничего не добавляют нашим знаниям об исторических процессах. С другой стороны, нормативные высказывания могут быть обоснованы только нормативно. Поэтому работающий эмпирически историк в своей роли ученогодолжен отказаться от оценочных суждений относительно предметов своего исследования. Здесь возникает задача для этики, правда тоже научной, поскольку рационально аргументирующей и подверженной критике, но действующей не эмпирически.

Не является контраргументом, что отдельный исследователь едва ли может добиться желанной свободы от оценочных суждений, поскольку сам он при выборе своих предметов, оценке значения результатов своих исследований и при их интерпретации находится в плену предубеждений. В еще большей степени это касается исторической науки и общественных наук, поскольку исследователь часто оказывается каким-то образом под воздействием того, что он исследует, например немец — национал-социализма, русский — сталинизма, француз — коллаборационизма и войны в Алжире. Представителям естественных наук предположительно легче. Но разве не касается зависимость от предмета исследования вообще всех разновидностей гуманитарных наук, причем за ними не отрицается возможность формулировать системы высказываний без искажения ценностей? И даже если историк может добиться желаемой нормативной непорочности в лучшем случае асимптотически, это не может опровергнуть систематический аргумент, чтооценочные суждения когнитивно ничего не добавляют нашим эмпирическим высказываниям, а в тенденции могут их даже исказить. В качестве методического принципа и кодекса поведения научной деятельности стремление к свободе от оценочных суждений сохраняет смысл, поскольку альтернативным следствием было бы возникновение постулата науки, которая не ищет общепонятных, проверяемых истин, а руководствуется политическими или иными целеполаганиями.

Стремление к свободе от оценочных суждений и к объективности есть, стало быть, идеал, не становящийся фальшивым из-за того, что он трудно достижим или что многие исследователи его отвергают. Тем более что не видно, как могла бы существовать научная истина и как выглядели бы общие рамки исследовательских дискуссий, если бы место этого идеала заняли субъективность и партийность (как это, например, имеет место в марксистской исторической науке). Если исследователи больше не спорят о том, что, собственно говоря, было, — о чем же им тогда спорить? О мнениях и ценностных предпочтениях? И тот факт, что норма часто нарушается, не делает ее ложной: если во многих магазинах воруют, то это не аргумент против запрета воровства в магазинах; если почти никто из участников уличного движения не придерживается его правил, они из-за этого не становятся излишними.