Книга Семь жизней Джинберри, страница 33 – Кэсси Крауз

– Потому что со мной девушкам нравится только спать, – отрезает он, снова тянется к стакану и делает из него большой глоток.

Я не останавливаю его на сей раз, а следую примеру. Еду нам еще не принесли, закусить нечем, так что я просто жмурюсь, а Бруно занюхивает моими волосами.

– Они любят это, – Бруно очерчивает пальцем контур своего лица, – и это, – бьет себя кулаком в пресс. – Моя душа никого из них не интересует. Когда я спрашиваю, что им снилось ночью с четверга на пятницу, они глупо хихикают и крутят пальцем у виска. Девушкам нравится, что я делаю с ними в постели, и им нравится относить меня к списку своих приключений, чтобы в старости сидеть рядом со своим храпящим дедом и осознавать, что в молодости попробовали все. Элси говорила, я умный, что я мог бы выучиться в университете и получить степень по литературе, написать роман… но она умерла! – Голос Бруно срывается, и он заглушает свое отчаяние остатками виски. – Раньше я плавал и знал, у нас с вами одна судьба на троих. Теперь же каждый раз, когда я ныряю в бассейн, то не могу отделаться от мысли: что, если бы не ты, а я прыгнул за Элси в Темзу? Если бы я не струсил, как последнее…

– Хватит! – умоляю я, изо всех сил стараясь сдержать слезы. – Бруно, мы договаривались…

– Я знаю, Бекки, прости, – вздыхает он, прижимаясь ко мне виском.

Я осушаю свой стакан. Когда официант опускает перед нами пиццу и говядину, мы синхронно просим повторить напитки. А потом еще раз.

Тепло заполняет мои внутренности и пронзает до кончиков пальцев. Все инстинкты обостряются, я до чертиков пьяна. Лениво дожевывая последний кусочек пеперони, я прислоняюсь к груди Бруно, и он обнимает меня одной рукой. Прикосновение приятно обжигает, и я поднимаю голову, чтобы посмотреть тому в лицо. Оказывается, оно значительно ближе, чем я ожидала. Помутневшие от виски глаза внимательно изучают мои веснушки. Я облизываю губы. Бруно подавляет вздох и обнимает меня крепче. Сердце начинает биться в неправильном, давно забытом ритме.

– Пожалуйста… – неожиданно для себя самой шепчу я. – Бруно, пожалуйста…

Он не заставляет меня просить. Влажные горячие губы прижимаются к моим. И все мое одиночество выплескивается в наш поцелуй. Но Бруно обрывает его слишком быстро.

– Нет. Нет, я не буду этого делать. Ты мне как сестра, Бекки! – виновато трясет он головой и быстро обнимает меня, упираясь подбородком в мою макушку, чтобы не передумать.

– Да… прости меня, – шепчу я, – я просто…

– Я тоже.

Чувствую себя самым разбитым человеком на свете. Жизнь затянута туманом, как небо Альбиона.

Всю следующую неделю я живу, ощущая себя рыбой, пойманной на крючок, но еще не выуженной из воды довольным рыбаком. Я тренирую маленького Ставински, фотографирую меню для еще одного заказчика, помогаю Лотти с эскизами, но мысли мои роятся вокруг девушки Софи из таинственного Джинберри. Необходимость уехать из Лондона остра, как никогда прежде. А это место, которое мне удалось отыскать лишь на пожелтевшей от времени карте в старом букинистическом магазине, кажется отчаянной загадкой, которую так хочется разгадать.

От каждого уведомления на телефоне у меня подскакивает пульс: вдруг она ответила? Но всякий раз сообщение оказывается рекламой или Декстером, который скидывает дурацкие видео, скучая на совещаниях.