Книга Разоблаченный рыцарь, страница 17 – Милена Янг

Парень приглушенно простонал. Прихватил зубами припухшую нижнюю губу девушки, обвел языком, едва сдерживаясь, чтобы не застонать от ощущения, что приносили трущиеся о напряженный член брюки. Слишком. Тесно. Агнес выгнула спину, обвивая его торс ногами.

Он обхватил ее голову руками, слегка запрокидывая. Опустил губы к шее, влажно выцеловывая кожу.

Девушка зажмурилась от удовольствия, слегка потираясь об него.

Черт. Побери.

Марк вдыхал сладкий запах. Персиков. Ее. Нужный. Опьяняющий. Его зрачки, потемневшие от голода и жажды обладания, были расширены.

Это было какое-то херовое помутнение рассудка. Но он не был готов отпустить ее. Ни за что, нахрен, на свете. Марк нуждался в ее вкусе, запахе, звуке голоса. В маленькой Агнес Уокер, которая вышибла всю его защиту и привязала к себе. Этот момент по праву принадлежал ему, и он не собирался останавливаться.

Парень забрался руками под ее, к его неожиданному недовольству, короткую юбку, вновь приникая к губам. Горячо. Неправильно. Грязно, но вместе с тем нужно до потери пульса. Он буквально вытрахивал рот Агнес языком, наслаждаясь ее сбивчивыми вздохами и сиянием глаз.

Как эта девушка смогла свести его с ума? Как ей удалось сделать так, что он видел одну ее?

Только эти маленькие руки, которые лихорадочно зарылись в его волосы. Ее губы, которые он не уставал целовать. Никак не мог насытиться. Тесно прижатое хрупкое тело, будто созданное для того, чтобы он клеймил каждый его дюйм своими руками, запахом, членом. Аромат ее волос, доверчивый взгляд и сбивчивое дыхание. Вызывая в пленке памяти одно примитивное, почти дикое слово — моя!

— Твою мать… — выругалсяон ей в рот.

Марк в очередной раз несдержанно подался вперед бедрами к девушке и, опьяненный близостью, заглянул в ее глаза цвета нежной лазури.

Мы сгорим за это в аду.

Агнес дрожала. Ей казалось, будто все ее тело плавится. Загорается сотнями искр и вот-вот разлетится на молекулы, оставляя внутри одни лишь эмоции. Обнаженные, настоящие, острые. В животе бесновались бабочки, а в груди бешено колотилось сердце. Короткие ноготки впились в шею парня. Стон девушки резонансом отдался где-то на кончике языка, когда парень зажал между зубами ее нижнюю губу, оттягивая на себя.

— Марк… — Он набросился на ее губы, словно жаждал попробовать вкус своего имени, произнесенного ею.

Агнес инстинктивно ответила. Ее язык неумело толкнулся ему навстречу, и парень сразу же взял инициативу в свои руки. Проникая в ее рот. Глубоко. Влажно. Жадно. Сталкиваясь с ее языком и вожделенно лаская. Вновь и вновь. Марк обвел кончиком языка внутреннюю поверхность ее губ, скользнул по небу, ощущая вкус чего-то сладкого во рту. Девушка зажмурилась, сдвигая бедра, ощутив серебряный шарик пирсинга, слегка царапающий ее. Парень не мог остановиться. Ощущение горячего члена, вжимающегося в нее, заставило Агнес зажмуриться от прилива бабочек в животе.

Она тоже безумно его хотела. Сейчас. Марк зарылся носом в ее волосы. Персиковый запах дурманил его рассудок. Черт, он просто дико ощущал потребность коснуться ее. В это мгновение. Это все сон. Он не Марк, а она не Агнес. Их здесь нет. Они свободные, эфемерные, и это все им снится. Холодные пальцы забрались под ее блузку. Беспрепятственно заскользили по выступающему своду ребер и животу, заставляя мышцы под нежным касанием сокращаться. Пробрались вверх, к груди, касаясь нежной кожи. Никто кроме него ее не трогал. И неопытность девушки не отталкивала Марка, как бывало раньше, а лишь заводила сильнее. Он посадил Агнес на подоконник и уткнулся лицом в ее шею.