Книга Бессердечный рыцарь. Книга 1, страница 200 – Милена Янг

– Дам…

– Тихо, – он ласково погладил ее по щеке и покачал головой. – Давай притворимся, что сегодня все, как раньше.

– Это как? – Эви издала горький смешок.

– Представь, что я все тот же парень, который до одури влюбился в свою вредную сводную сестру. А ты все та же девочка, которая смогла разглядеть во мне кого-то большего, чем хулигана и мерзавца, – Дамиан опустился на край кровати.

Огонек нерешительно стояла напротив, взволнованная и сбитая с толку.

– Притвориться, будто мы любим друг друга? – спросила тихо.

Он кивнул, так пристально глядя на нее, что Эви смутилась.

«Мне не придется притворяться, Огонек».

– Просто позволь мне тебя обнимать всю эту ночь, – он притянул ее к себе на колени, осыпая легкими поцелуями все ее лицо. Лоб, щеки, кончик носа, испещренный веснушками, прикрытые веки.

– Потом будет больно, Дам… – слезы, проклятые слезы покатились по ее щекам, и он собрал их губами, слегка потерся носом об ее скулу, нежась.

– Я могу говорить грубые вещи, злиться на весь мир, ненавидеть, отталкивать. Но что бы ни случилось, я останусь твоим, – повторил он свои слова, сказанные ей в далеком прошлом.

Она вздрогнула.

Больно, больно, больно.

Потому что это обычная игра.

Но тогда почему так чертовски сильно хотелось ему поверить?..

Сидя на его коленях, Эви ощущала себя цельной. Словно все разбитые частички ее души собрались вместе и снова склеились.

Она провела носом по шее Дамиана, вдыхая любимый запах хвои, сигарет и леса. Ощущая себя дома. Подняла руку, зарываясь в его волосах рукой. Такие мягкие. Слегка вьющиеся. Безумно приятные на ощупь. Она наматывала темные отросшие пряди на пальцы, играясь,и он, изголодавшийся по ее прикосновениям, едва не замурлыкал от наслаждения, подаваясь навстречу маленькой руке.

«Как же мне чертовски сильно ее не хватало. Как воздуха, воды. Мое сердце теперь вернулось. Достоин ли я Огонька? Вдруг я ее раню? Блядь, лучше умру, чем снова когда-либо причиню ей боль. Она так нужна мне. Необходима для того, чтобы я существовал. Я полностью в ее руках, а она, глупышка, даже не знает».

Дамиан аккуратно обнял девушку за талию, закрывая глаза. Концентрируясь только на ощущениях. Маленького тела, которое прижималось к нему в поисках тепла. Ладони, скользнувшей по его затылку, слегка царапающей. Именно так, как он любил.

Губам, которые коснулись его щеки и тут же мазнули вниз, прокладывая дорожку от челюсти до шеи, целуя так нежно, что внутри него все переворачивалось. Она, расстегнув пару пуговиц его рубашки, покрывала поцелуями каждый дюйм его кожи, пока дыхание парня не стало тяжелым, а руки не опустились на ее стройные бедра, крепко сжимая их.

Он послушно откинул голову, стискивая зубы, позволяя ей жадно целовать свою шею, ключицы, обводить их языком, посасывая, оставляя влажные следы на покрасневшей коже. Помечая собой все, до чего могла дотянуться. Обводя языком и покусывая. Вызывая пульсацию в его паху.

Вашу ж мать, блядь.

Дамиан не хотел спешить, хотя его тело требовало немедленно взять то, в чем ему отказывали годы.

«Терпение», – мысленно проговорил он.

Ему хотелось, чтобы они полностью растворились друг в друге. Заново узнали.

– Огонек, ты не будешь завтра жалеть ни о чем? – спросил Дамиан.

«Не хочу, чтобы это был минутный порыв… Мне надо, чтобы это был ее осознанный выбор».