Книга Под знаменем Сокола, страница 28 – Оксана Токарева

Напрасно Анастасий и гридни хватались за мечи, напрасно Войнег тянулся к сигнальному рогу. Выпал рог из пронзенной двумя стрелами руки, не поспели мечи из ножен. Сбив с ног Анастасия и разметав по льду растерявшихся ратников, похитители окружили Всеславу и прежде, чем девушка успела что-либо понять, схватили ее лошадь под уздцы и помчались обратно в лес, увозя княжну ото всех, кто мог за нее заступиться и за нее постоять.

Сначала они ехали широкой и удобной просекой. Затем на небольшом прогалке человечью дорогу пересекла лосиная или кабанья тропа, уходящая под своды леса в неведомую глушь. Здесь похитители разделились. Большая их часть, уводя возможную погоню, поехали дальше по просеке, а около десятка, те, которым поручили стеречь пленницу, свернули вместе с ней на тропу и запетляли между стволов, переходя с рыси на галоп.

У теряющей от ужаса разум Всеславы осталась единственная мысль: как бы не выпасть из седла и не врезаться в одну из низко нависающих над дорогой ветвей. Чуть позже, когда девушка немного приноровилась к ритму скачки и выровняла дыхание, она почти без удивления отметила уверенность, с которой похитители среди нескольких десятков вершников выбрали именно ее. Впрочем, то не диво. Девка, она и в мужском платье девкой останется. А кто еще будет рядиться, как не княжна.

Княжна-то княжной, но полонянка она полонянка и есть. Захотят ли уважить тати кромешные честь княжескую, да и просто девичью. Хотя Всеслава не видела лиц, она спиной чувствовала исходящую от ее спутников угрозу. Такие любой урон нанесут, не задумываясь, и убьют с легкостью, если им велят. А что, если попытаться бежать! Хотя порты с чужого плеча сидели непривычно, двигаться в них было куда сподручнее, нежели в тяжкой шубе и платке.

Тропа вышла на берег оврага, сплошь заросшего ельником и служившего руслом какого-то безымянного ручья. Проходящая по самому краю, она сделалась осыпучей и совсем узкой, и вершники растянулись цепочкой, не выпуская, впрочем, повода иноходца княжны. Всеслава глянула вниз. Высоковато, конечно, но стоит попробовать. В любом случае — это единственный шанс.

Она наметила широкий прогалок между деревьями, осторожно перекинула ногу, подобрала полы плаща, и, поминая Велеса, Перуна и Белого Бога, прыгнула.

Сначала край оврага стукнул ее чуть пониже спины — теплая одежда смягчила удар, потом Всеслава кубарем полетела вниз, из последних сил пытаясь затормозить, не свернув при этом шею и не переломав руки и ноги. Хотя безумный, отчаянный полет продолжался всего несколько мгновений, в сознании Всеславы он длился целую вечность. Перед глазами мелькали ветки и торчащие из склона, подобно истлевшим костяшкам, кривые еловые корни, неслись клочьяснега, а она все падала и падала, переворачиваясь через голову, силясь уцепиться за что-нибудь и не находя опоры. Точно Велес, спасая дочь Всеволода от позора, открывал ей ход в свой исподний мир.

Впрочем, нет. Боги нижнего и верхнего миров беглянку хранили. Берег ручья принял ее ласково, поймал в пушистый сугроб да еще подстелил под ребра мягкую хвою. И если не считать пары царапин (чай, угодила краса белым личиком да в колючий ельник), приземлилась она более чем благополучно.

Впрочем, позволив девице остаться в серединном мире, немилосердные боги обрекали ее на новые тяготы и мытарства. Услышав голоса похитителей, с бранью и пререканиями искавших пологий спуск, девушка поняла, что оставаться на месте более нельзя. Освободившись от тяжкого мехового плаща (холода она не чувствовала), Всеслава куницей зазмеилась по земле, забираясь в самую гущу ельника. Только бы достигнуть реки, а там… Додумать ей не удалось. Преследователи одолели спуск и теперь растянулись цепочкой, прочесывая дно оврага. Точно лису затравить хотят, вспугнуть, точно куропатку. В глазах Всеславы закипели жгучие слезы обиды.